Последнее время благодаря множеству ледовых телешоу, где дуэты состоят из олимпийских чемпионов и звезд кино и эстрады, популярность фигурного катания и возрождение имиджа этого вида спорта набирают все более сильные обороты.
Всех суперзвезд НБА можно разделить на две условные группы. Первые стали знаменитостями, еще не сыграв ни одного матча в НБА. За ними следила страна еще во время игр за команду колледжа или школы, где они учились. Они заранее «бронировали» первые места в драфтах Ассоциации, подписывали колоссальные контракты с производителями спортивной одежды и обуви. Вторые сидели на лавке запасных месяцы, а то и годы, прежде чем «выстрелить». Трэйси МакГрэйди (Tracy McGrady) именно из их числа. Орландо боготворит этим Гадким утенком. Что и говорить. Солнечный городок склоняет голову перед своим героем. Популярности Ти-Мака (T-Mac — прозвище Трэйси) позавидовал бы сам Микки Маус, который до приезда юного дарования был самым крутым парнем в округе.
Трэйси МакГрэйди (полное имя Tracy Lamar McGrady) родился 24 мая 1979 года в местечке под названием Бартоу (Bartow) в штате Флорида (Florida). Вырос и научился играть в баскетбол он в Обурндэйле (Auburndale) — в маленьком городке с населением около 9 тысяч человек в том же штате. Растили маленького Ти-Мака мама с бабушкой, которых обеих он называл мамами. Обеспечивала семью мама, которая каждый день тратила полтора часа на поездку на работу — в отель сети Дисней (Disney World). Отец будущей звезды жил отдельно от семьи, но участвовал в воспитании сына, поэтому сам Трэйси не испытывает к нему отрицательных эмоций. «Мой отец был рядом. Он делал то, что должен был делать. Он не был плохим отцом», — говорит о нем Трэйси. В детстве Трэйси увлекался не только баскетболом, но и бейсболом, и некоторые тренера прочили ему карьеру великого бейсболиста. Трудно сказать, стал ли бы он таковым, но на радость своим будущим болельщикам Трэйси выбрал баскетбол. Большую роль в этом решении, очевидно, сыграл тренер Джой Хопкинс (Joe Hopkins) из христианской академии Mount Zion, о котором МакГреди говорит: «Он был моей главной опорой. Если бы не тренер Хопкинс, ничего этого не могло быть.» Хопкинс научил своего юного подопечного в первую очередь уважению — к себе, к другим, к игре.
В свой первый год выступлений за школьную команду Обурндэйла он стал реальным ее лидером, набирая по 23,1 очка и забирая по 12,2 подбора за игру. После первого же школьного сезона его заметили и пригласили в тренировочный лагерь «Adidas ABCD Camp». Именно тренер Хопкинс посодействовал тому, что Трэйси «переехал» в академию Mount Zion в штате Северная Каролина (North Carolina). Там он набирал по 27,5 очков, делал 8,7 подборов, 7,7 передач и 2,8 перехватов за игру, причем, мог играть на всех пяти позициях. Он был обласкан прессой — издание «USA Today» назвало его игроком года, «The Associated Press» назвали его игроком года штата Северная Каролина, а журнал «Sports Illustrated» удостоил Трэйси трехстраничной статьи в феврале 97 года. Неудивительно, что в НБА он пришел из школы, минуя колледж, и был выбран на драфте 1997 года «Торонто Рэпторс» (Toronto Raptors) под высоким — девятым номером. Свое решение не идти в колледж он объяснил так: «Я думаю, что это лучшее решение для меня и моей семьи. Я думал над поступлением в колледж, но я мечтаю быть лучшим, и у меня есть шанс добиться этого раньше.» Вероятно, его вдохновил пример Кевина Гарнетта (Kevin Garnett), Кобе Брайанта (Kobe Bryant) и Джермейна О’Нила (Jermaine O’Neal), которые в 95 и 96 годах также пришли в НБА со школьной скамьи и сделали головокружительную карьеру.
Но поначалу Трэйси не заиграл. В сезонах 97-98 и 98-99 он играл лишь по 18 и 22 минуты за игру соответственно, набирая 7 и 9,3 очка за игру, выходя в старте в 17 играх из 64 в сезоне 97-98 и лишь в 2 играх из 49 в сезоне 98-99. Только в следующем сезоне он показал что-то, более-менее достойное его школьной славы, набирая в среднем по 15,4 очка за 31 минуту игрового времени.
К началу сезона 2000—2001 нынешняя команда Трэйси — Орландо Мэджик (Orlando Magic) — находилась в плачевном состоянии. После того, как Шакил О`Нил покинул Флориду и примерил желтую голливудскую майку, "Волшебный" гранд превратился в обычного середнячка, способного выиграть и проиграть любой команде лиги. Когда последний герой и "одинокий волк" Пенни Хардуэй решил, наконец, оставить "Мэджик", улыбки и вовсе исчезли с загорелых лиц фанатов. Команда начала все сначала. Никаких гарантий и перспектив, и лишь тусклый свет далеко в конце туннеля. В команде не было лидера, который бы мог повести команду за собой. И поиск этого лидера генеральный менеджер команды Джон Гэбриел (John Gabriel) остановил на второстепенном игроке Торонто Рэпторс Трэйси МакГрэйди, который никак не мог раскрыться за спиной своего кузина Винса Картера (Vince Carter) и Деймона Стаудмаера (Damon Stoudamire). 3 августа 2000 года сделка состоялась. Орландо получили МакГрэйди, фактически ставшего свободным агентом, в обмен на первый раунд драфта. Надо сказать, что тот дал свое согласие на переход в Орландо не без колебаний. Однако, когда Трэйси узнал, что Орландо подписало контракт с Грантом Хиллом, он больше не раздумывал. Это событие стало переломным в карьере игрока — теперь он мог показать все, на что способен. В сезоне 2000—2001 он стал лучшим игроком своей команды по большинству статистических показателей (26,8 очков, 7,5 подборов, 4,6 передач, 1,5 перехватов и 1,5 блок-шотов в среднем за матч, проводя на площадке по 40 минут), выступил в Игре Всех Звезд, был назван самым прогрессирующим игроком (Most Improved Player) и вошел во вторую символическую пятерку луших игроков НБА. Самое интересное состоит в том, что Пенни всегда был идолом для Ти-Мака. МакГрэйди не раз признавался в том, что обожает манеру игры своего кумира и хочет подрожать только ему. Не прошло и года, как косоглазый вундеркинд и гадкий утенок занял место своего божества. Мало того, он затмил Хардуэя и взлетел на уровень выше, превратившись в прекрасного лебедя. На мой взгляд, Пенни умел делать на площадке лишь одну вещь, величины которой Ти-Маку никогда не достичь — пасовать "бабушкин любимчик". Следующий сезон МакГрэйди провел на таком же высоком уровне, набирая по 25,6 очка в среднем за игру, забирая 7,9 подборов и отдавая 5,3 передачи. Он также выступил в Игре Всех Звезд, запомнившись поклонникам эффектнейшим «данком» через двух соперников после собственного паса об щит. МакГрэйди вошел в первую символическую пятерку и стал четвертым в списке кандидатов на звание самого ценного игрока. Личность Трэйси стала еще одним подтверждением того, что игроки, выпрыгнувшие со школьной парты прямо в NBA, в большинстве случаев оправдывают свое смелое решение. Шон Кемп, Кевин Гарнетт, Коби Брайант… Все эти "малолетки" доказали свою правоту. Теперь это сделал и сам Ти-Мак.
Однако, как и для любого командного игрока, для Трэйси личные достижения стояли на втором месте после успехов команды. А успехи были неважные. Грант Хилл, который перешел в Орландо из Детройт Пистонс (Detroit Pistons) одновременно с МакГрэйди и на которого возлагались большие надежды, практически все время проводил в списке травмированных игроков. Конечно, кроме Трэйси в команде были опытный Хорас Грант (Horace Grant), лучший новичок прошлого сезона Майк Миллер (Mike Miller), снайпер Пэт Гэррити (Pat Garrity), но их усилий не хватило, чтобы пройти даже первый раунд плей-офф. А вообще вся эта история с переездами получилась довольно забавная. После распада старого состава "Волшебников", руководство клуба строило грандиозные планы. Главным тандемом новой супер-команды должны были стать закадычные друзья Грант Хилл и Тим Данкан. МакГрэйди приобретался как некий подвесочек к истинному украшению. Хилл свое согласие дал, а вот Данкан переехать побоялся. Так вот, когда Хилл подписал контракт, произошел курьез. Алонзо Морнинг, который почти завлек Ти-Мака себе в команду и получил преждевременное согласие, вдруг остался с носом. Как только МакГрэйди узнал о переходе Хилла, то моментально откликнулся на предложение "Мэджик". Сезон 2002—2003 стал для МакГрэйди настоящим бенефисом. Он лидировал в своей команде по очкам (32,1 за игру), подборам (6,5), передачам (5,5), перехватам (1,6) и блок-шотам (0,8); вошел в 20 лучших игроков лиги по 21 статистическому показателю, включая количество очков за игру (№ 1), перехватов за игру (№ 14), забитых трехочковых мячей (№ 5), забитых штрафных бросков (№ 3), количество передач за игру (№ 18), а также по коэффициенту эффективности (№ 4). МакГрэйди стал одним из героев Игры Всех Звезд, вошел в символическую пятерку НБА, а также неплохо выступил на пан-американских играх в составе сборной США. Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что 24-летний Трэйси МакГрэйди сейчас является одним из самых ярких баскетболистов мира. Имея отличные внешние данные (рост 203 сантиметра и вес 95 килограмм), он может играть на позициях как разыгрывающего, так и атакующего защитника, а при необходимости может выходить и как третий номер. МакГрэйди уже превзошел своего кумира — Анферни Хардуэя, чей первый номер на майке он унаследовал, и на пару с Кобе Брайантом борется в глазах комментаторов за наследство, наверное, лучшего игрока всех времен и народов Майкла Джордана (Michael Jordan). И кто знает — возможно, через несколько лет команда Трэйси будет задавать тон в НБА, как это было с Селтикс (Celtics), Лейкерс (Lakers), Буллз (Bulls).
Когда люди говорят о великих игроках, они обычно с кем-то сравнивают. Мэджик Джонсон и Лари Бёрд, Билл Рассел и Вилт Чемберлен. Однако есть один человек, которого нельзя ни с кем сравнить. Он находится намного выше, чем другие великие баскетболисты. Можно даже сказать, что он достиг вершины баскетбола. Его имя – Майкл Джордан.
Майкл Джеффри Джордан родился 17 февраля 1963 года. В детстве его любимым видом спорта был бейсбол и он довольно хорошо играл. Он выиграл несколько MVP в детских лигах. Его отец сделал баскетбольную площадку на заднем дворе дома, чтобы он мог играть со своим старшим братом Лари. Таким образом, Джордан работал еще больше, что обусловило его волевой дух в дальнейшем. У отца он унаследовал привычку высовывать язык, когда тот ремонтировал машину. Когда Джордан проходил отбор в местную команду, то не был принят, так как был слишком мал и не достаточно хорош для игры в бейсбол на этом уровне. Но в дальнейшем он набирал по 25 очков за игру, что был очень неплохой результат, но он не видел себя игроком в баскетбол и тем боле игроком NBA. Майкл был приглашен посетить лагерь для молодых талантливых баскетболистов, где игроков смотрят скауты колледжей. Он завоевал 10 трофеев, включая 2 MVP, а в следующем году набирал по 27.8 очков за игру. После чего прибыл в один из сильнейших баскетбольных колледжей- Северной Каролины. Несмотря на хорошую заявку в лагере, многие думали, что Майкл просидит все 4 года на скамейке и поедет домой. Следующие годы доказали обратное. UNC ( команда Северной Каролины) тренировалась в то время Деканом Смитом, впоследствии лучшим тренером NCAA. Смит редко когда брал в старт новичка, поэтому это была большая честь для Джордана. Он был назван лучшим новичком, набирая по 13.5 очков за игру. Затем прибыл в команду NCAA-лиги, о которой он мог только мечтать. Джордан побил множество рекордов со своей командой и в личном зачете.
Следующим шагом для Майкла стала NBA. Он был выбран третьим на драфте после Хакима Оладжувона и Сема Боуи- оба центровые, когда у Майкла было 198 см. Чикаго Буллс не скрывали жалости, что им не удалось заполучить Оладжувона:» Нам жаль, что Майкл не семи футов росту, он не центр, но что тут поделаешь?» ( в дальнейшее Быки всегда играли без номинального центра). Но в дальнейшем им не пришлось жалеть, так как Майкл выиграл лучшего новичка лиги и набирал по 28.2 очка за игру. Джордан выиграл подряд три перстня чемпиона в сезоне 90-91, 91-92, 92-93. Но не все шло хорошо, как казалось, Майкла обвинили в игре на деньги в гольф, что он проиграл $100 000. Случилось более худшее- его отец отдыхал, остановившись в своей машине, а когда проснулся, то увидел направленное на него оружие, и был убит… Это назвали обычным грабежом. Майкл потерял лучшего друга. И 6 октября 1993 года он потряс весь мир вестью о своем уходе из баскетбола. Он сказал, что это не имеет отношения к смерти его отца.
Очередной ход Майкла был еще более удивительным, так как он подписал контракт с клубом бейсбольной лиги Chicago White Sox. И набрал целую кучу ошибок за сезон. Тогда он сыграл игру милосердия в старом стадионе в Чикаго вместе со Скотти Пиппеном. Он набрал 52 очка, чем доказывал, что являлся все еще одним из лучших баскетболистов. Поползли слухи и появились просьбы, чтобы Джордан вернулся в NBA. Он провел вместе с Быками практику, и все думали, что он вернется. 19 марта 1995 года слухи подтвердились и Майкл вернулся, под номером 45. Уже в пятой игре он набрал 55 очков в Медисон Сквер Гардене, и Быки победили 113-111. Джордан набирал в среднем по 26.9 очков в более чем 17 играх в том сезоне. В плейофф он улучшил свою игру. Чикаго выиграло еще 3 сезона подряд. Затем Майкл ушел в очередной раз, чтобы затем играть два сезона за Вашингтон Визардс с 2001 по 2003 годы.
Аллен родился когда его маме было только 15. Их дом в Хэмптоне, штате Вирджиния находился в одном из самых бедных районов. Настоящий отец Аллена остался в Коннектикуде (семья жила там еще до его рождения) и совсем никакой роли в его жизни не играл, и только недавно взял на себя ответственность за внебрачную связь с его матерью. Вскоре после рождения мальчика его бабушка умерла и совсем юная мать теперь сама должна была обеспечивать себя и ребенка, потому что до этого все жили на мизерную пенсию бабушки . Энн, мама Аллена, еле сводила концы с концами и в доме где они жили, из-за неуплаты часто отключали воду или электричество. Мальчик брал на себя заботу и присмотр за своими младшими сестрами: Брэнди (родилась в 1979) и Иилиеша (1991). Постепенно долги молодой семьи росли и положение ухудшалось. Бойфренд Энн Майкл Фримэн, отчим Аллена, постоянно имел проблемы с законом и ни раз оказывался за решеткой. После аварии на автомобиле, из-за чего он в очередной раз потерял работу, Фримэна задержали и обвинили в хранении и распространении наркотиков. "Я не покупал кадиллаки и кольца с алмазами оправдывается Фримэн, — нам нужно было на что-то жить." Аллен раньше обвинял этого человека, который научил играть его в баскетбол ... Сегодня он так не считает: "Фримэн никогда никого не грабил, говорил Айверсон, — Он пытался прокормить семью. Его просто убивало то как жила его семья после его возвращения из заключения. Однажды вернувшись домой он просто сел и заплакал." Сейчас он отбывает срок в той же тюрьме, где когда-то (в 1993) сидел Аллен. Мама с раннего детства заметила баскетбольный талант сына, и, понимая, что это может помочь пробиться ему в люди, поддерживала его и делала всё чтобы он играл больше в эту игру, которую так сильно любил. Несмотря на свое довольно хрупкое телосложение, Аллен никогда не боялся бросить вызов самым большим и сильным игрокам. Начал играть он с 9-10 лет. Поначалу ему не нравилось: казалось, что это неинтересная и нудная игра. Мама даже заставляла ходить его на тренировки, а мальчик плакал и не хотел этого. Позже на площадке Аллен встретил своих друзей, игравших с ним в футбол и постепенно стал получать удовольствие от новой игры. Его воспоминания о детстве: "Приходишь домой: ни воды, ни света. Если вода была, то только холодная. Жили в доме под которым канализации были повреждены, и приходилось заставлять сестренку носить носки, потому что пол был ледяной. Из-за того воздуха она много болела." Многие игроки из НБА росли в старых, запущенных домах и ходили играть на корты с одной надеждой: выбраться из гетто. Но немногие жили настолько плохо." В детстве Айверсона были два дорогих ему человека: мама и Тони Кларк. Вот что он сам говорит об отношениях с Тони:" Этот парень, Тони Кларк, для меня был всем. Он вдохновлял меня, также как и мама. Он был на шесть лет старше меня, и если я прогуливал школу, то всегда говорил об этом маме, за что мне всегда влетало. Я часто плакал и кричал на него, говорил что ненавижу его. Но он всегда это делал, потому что любил меня и заботился обо мне. Позже я стал ценить его заботу. Но потом его же девушка убила его... Тогда мне было 15 ..." Однажды, в День святого Валентина, Айверсон и несколько друзей, гуляли по Hampton Bowling Alley. Он уже тогда был местным героем, приведя футбольную команду Bethel'а к званию чемпиона штата всего лишь 2 месяца назад и борясь в составе баскетбольной команды ради такого же трофея. Компания Аллена была очень шумной и их несколько раз просили быть потише; в результате возник конфликт с другой группой молодежи. Только один бесспорный факт- это то что вскоре здесь разразилась драка между белыми и черными парнями. Доуг Уиллер, первый Вирджинский черный губернатор, предоставил Аллену условную свободу 4 месяца спустя того как тот попал за решетку. Айверсон и его защита добились признания того, что он невиновен. Аллен не виден на любительской видеопленке, где был запечатлен инцидент, и он утверждает, что покинул аллею как только начался инцидент. Защита Аллена была возмущена: ведь только 4 человека было задержано после драки и все четверо были неграми. И они утверждают, что всё началось после того, как кто-то обозвал Аллена ниггером. Многие настаивали на том что зачинщиком был именно Айверсон, но немало человек готово было это опровергнуть... Возможно, что правду мы так никогда и не узнаем. Тем более что те кто его знал, те кто знал его характер, допускали что едва ли он мог начать беспорядки. " Он никогда не сдается., он гордый, даже дерзкий, но это не значит что он виновен"- говорил Бо Уиллиамс, который тренировал Айверсона в летнем лагере.
Колледж
Оказавшись в тюрьме весной 93-го, Аллен очень волновался за свое будущее. Хоть он и был знаменитостью, яркой личностью, но никогда не был хорошим учеником и у него были проблемы с успеваемостью. Айверсон сделал себе имя еще прошлым летом, играя в Nike camp в Индианаполисе в команде у Бо Уиллиамса. Там он получил титул самого ценного игрока турнира. Фирма Nike продолжала спонсировать его пребывание и в других лагерях даже во время судебных разбирательств. "Аллен вскоре будет сенсацией, — говорил Уиллиамс, который также тренировал других звезд НБА. — когда я работал с другими баскетболистами, ставшими звездами НБА, все знали что они будут великолепны, но слишком много времени уходила на их подготовку ко всем трудностям с которыми им предстоит столкнуться. С Алленом же на это совсем не уходит времени!" Во время суда многие тренера колледжей были в нем заинтересованы и готовы были взять к себе. Мама Аллена чувствовала что её сыну нужен сильный тренер, который смог бы помочь в трудной ситуации. И тренер Джон Томпсон из Джорджтауна казался ей подходящей кандидатурой в этом плане. Футбольная команда там была слабая и когда однажды Аллен спросил у Томпсона:" Что вы думаете насчет моей игры в футбол?", тот не ответил, а просто посмотрел так, будто Аллен был ненормальным. После этого Айверсон никогда даже не пытался играть в футбол. Джон Томпсон заменил Айверсону отца: всегда готов был поддержать и дать совет. После двух прекрасных лет в Джорджтауне Аллен попал в НБА в Филадельфию, был выбран первым номером на драфте в 1996 году. Став лидером, он привел команду к финалу в 2001 году, но так и не получил заветный трофей, однако, я уверен, что у него еще всё впереди.
«АК-47» — это модель автомата Калашникова, а «по совместительству» — инициалы и игровой номер Андрея Кириленко, первого русского баскетболиста, прошедшего вместе со своей командой в плей-офф НБА. Наделив Андрея — точно так же, как когда-то теннисиста Кафельникова, — милитаристским прозвищем, Америка словно лишний раз подчеркнула скудость и стереотипность представлений о России, распространенных на Западе: самовары, водка, зима, Красная армия... что там еще? А еще, как внезапно выяснилось, классный баскетбол. «Куда ты едешь, Андрей? В Америке тебя задавят, замаринуют на скамейке...» Сам Кириленко теперь не без злорадства вспоминает мрачные напутствия давности. Чтобы заставить скептиков прикусить языки, ему достало одного сезона.
Белые парни умеют прыгать Впрочем, отечественных скептиков было нетрудно понять: для предыдущих поколений российских баскетболистов «американская мечта» оставалась фатально недостижимой. Десяток матчей Сергея Базаревича за «Атланту» да двухлетние посиделки на лавочке «Портленда» Никиты Моргунова, так всерьез и не понюхавшего пороху, — вот и все, чем отметилась Россия в главной баскетбольной лиге мира. Но других резонов сомневаться в пригодности Кириленко не существовало — щедрость, с какой его одарила природа, была очевидна для всякого. «Мне доводилось видеть игроков с таким прыжком, с такой координацией, с таким трудолюбием, с таким характером победителя, с таким игровым интеллектом, с такой техникой, — говорит бывший тренер ЦСКА и нынешний наставник сборной России Станислав Еремин. — По отдельности. Но баскетболистов, сочетающих в себе все эти качества, в России не было очень давно. Возможно — никогда».
Специалисты успехам Кириленко в последние годы удивлялись не слишком сильно. Отудивлялись давно, когда ему было 13-14. Далее Кириленко получал аванс за авансом и отрабатывал все до единого. В пятнадцать лет — дебют в российской суперлиге в составе питерского «Спартака». В шестнадцать — титул лучшего молодого игрока страны и серебряная медаль чемпионата Европы среди юношей. «Тогда же мы подарили ему форму ЦСКА и стали убеждать перейти в нашу команду, — вспоминает Станислав Еремин. — Кстати, форму эту Андрей хранит до сих пор». В семнадцать переход в ЦСКА состоялся, а Кириленко начали прочить уже не столько европейскую, сколько американскую карьеру. В восемнадцать лет Андрей попал на драфт НБА, где прежде никогда не замечали столь юных уроженцев Старого Света. В двадцать, в год отъезда за океан, его коллекция титулов обогатилась званием лучшего баскетболиста Европы. Вся биография Кириленко пока — сплошной подъем, без каких-либо спадов или драматических коллизий. Несомненно, пик этой воображаемой карьерной кривой еще впереди. Спорить можно разве лишь о том, каких высот она достигнет. Станислав Еремин уверен, что очень больших: «У Кириленко есть все, чтобы расти еще лет пять и не упираться при этом в собственный потолок».
С первых шагов во взрослом баскетболе, еще не превратившись в полноценную звезду, Кириленко демонстрировал все признаки благородной, примерной звездности: первым приходил на тренировку и последним уходил с раздачи автографов. Стал всеобщим любимчиком, который если чем и смущал, так только своей безграничной правильностью. Кириленко выглядел классическим героем для журнальных обложек — обаятельным, учтивым и полностью сосредоточенным на своем деле — еще до того, как стал на эти обложки попадать.
Еремина одно время упрекали за чрезмерную эксплуатацию главного российского вундеркинда, еще не окрепшего физически. Тренер уверен, что не ошибался: «Во-первых, Кириленко был нужен команде. Во-вторых, возложенная на него роль лидера была нужна Кириленко. Главная особенность Андрея: чем сложнее, экстремальнее ситуация — тем больше вероятность, что он примет верное решение. Андрей — игрок не шаблона, а интуиции. Его лучшими матчами почти всегда были самые трудные. Потому я поддержал Кириленко в его стремлении уехать в Америку уже в 20 лет: для дальнейшего роста ему требовался принципиально иной, более высокий уровень сложности».
Весь этот «Джаз» Окончив школу баскетбольной суперзвезды экстерном, одного необходимого навыка Андрей так и не приобрел — не научился говорить гладко и бесцветно. У него нет в запасе набора готовых формул — его слова по-прежнему выражают вполне определенный смысл. В первые месяцы американской карьеры они несли в себе недоумение: Национальная баскетбольная ассоциация оказалась не собранием небожителей, а всего лишь когортой хорошо раскрученных ремесленников, пусть и весьма умелых. «В качестве непосредственного соперника Крис Уэббер не показался мне таким уж великим, каким представлялся по телевизору. Слава американским режиссерам», — комментарий Андрея после одной из встреч, вполне типичный. Кому-то в России в этом разочаровании рекламной броскостью НБА почудились высокомерие, симптом звездной болезни. Но только не тем, кто лично знаком с Кириленко и знает, что у него к этой хвори надежный иммунитет. Андрей просто присматривается к НБА и делится своими впечатлениями.
Не менее интересно было наблюдать и обратное: как американский баскетбол принял Кириленко. «Андрей еще многого не знает об НБА, — говорил на первых порах тренер «Юты» Джерри Слоан. — Пластается за мячом по паркету, как будто это последняя игра сезона, а не одна из восьмидесяти двух». В этой констатации «незнания» не было и тени критики — тренер выражал неподдельное удивление, смешанное с похвалой. «Не знает, вот и хорошо — пусть полностью отдается игре и дальше», — завершал свои наблюдения Слоан. «Нам говорили, что этот парень перспективен, — сказал немногим позже лидер «Юты» Джон Стоктон. — Но не сказали, что под «перспективой» подразумевается уже текущий сезон». «Здорово, что я играю с ним в одной команде, а не в разных. Ненавижу, когда накрывают мои броски», — восхищался Карл Мэлоун, дивясь умению Кириленко быть вездесущим в обороне. Сочетание резкости с умением разгадывать замыслы противника, присущее Андрею, казалось редким даже для видавшей виды Америки. «НБА — это тяжелая каждодневная работа. Но Кириленко умудряется получать от нее удовольствие», — не переставал удивляться Слоан.
Со временем удивление сменилось восхищением, которое к концу сезона стало чуть ли не всеобщим. Пресса и общественное мнение уже навесили на Кириленко ярлык восходящей звезды. Среди авторитетов, составляющих жюри НБА, которое присуждает призы по итогам сезона, кое-кто числит его лучшим новичком лиги. Если таково мнение американцев — почему бы и нам в России не считать так же? «Говоря о слабых местах Кириленко, многие называют дальний бросок и умение обыгрывать противника «один в один», — говорит Станислав Еремин. — Но эти представления устаревают на глазах. Андрей отлично знает свои минусы и постоянно над ними работает. Именно в этом причина его неудержимого прогресса». Солт-Лейк-Сити — скучнейший город, подчиненный жестким нормам мормонской морали. Самая благопристойная в Америке столица штата. Торговля спиртным там ограничивается парой магазинчиков где-то на отшибе, ночная жизнь отсутствует напрочь. В общем, гиблое место для молодого, рослого и богатого парня, разъезжающего в кабриолете. Но не для Кириленко. Он и в России не слыл охотником до развлечений, удивляя партнеров по команде своей преданностью баскетболу. Вечера проводил за компьютером или игровой приставкой, для чего даже в поездки брал с собой маленький телевизор.
В этом отношении Кириленко повезло: он попал в свою команду. Старомодная, благообразная «Юта» куда ближе ему, чем лос-анджелесские «Лейкерс» и «Клипперс», большой и малый филиалы Голливуда. Или не брезгующая травкой и ночными похождениями баскетбольная молодежь из других мегаполисов. Баскетболисты «Юты» редко становятся героями скандальных хроник. У живых легенд этого клуба Стоктона и Хорначека — по пять детей, причем ни одного внебрачного. В феврале у Кириленко родился сын Федор, и он пополнил число респектабельных отцов семейства, играющих в «Юте». «Да я сам еще ребенок, — скорее всерьез, чем в шутку говорит первая российская баскетбольная звезда, сертифицированная в Америке. — Теперь у меня будет с кем поиграть в приставку».
Сегодня речь пойдет о Джермейне О’Ниле — человеке с детским лицом и огромным баскетбольным сердцем. Самый молодой задрафтованый игрок в Ассоциации, без которого мы бы с трудом представляли себе команду «Индиана Пейсерс». Именно он стал ее лицом на последние несколько лет, но вот, свершилось то, к чему вели, пожалуй, все логические цепочки – уход в межсезонье из стана «Иноходцев».
В феврале комиссар НБА Дэвид Стерн сделал сенсационное заявление: уже в 2010 году клубы этой лиги могут быть созданы в Европе. Сегодня "СЭ" оценивает, насколько реально осуществление этого проекта. Кроме того, мы предлагаем свой вариант реформирования Евролиги — как раз на манер НБА.
Заявление Стерна о расширении НБА на Восток серьезного резонанса почему-то не вызвало. Хотя во время "звездного уик-энда" в Нью-Орлеане он повторил, что не считает утопией появление в своей лиге целого европейского дивизиона. Знаю, что многие восприняли слова Стерна как "пиар-утку". По-моему, зря. Лично мне какого-то получаса общения с комиссаром НБА на пресс-конференции, которую он дал в Москве осенью 2006 года, вполне хватило, чтобы уяснить: бросать слова на ветер этот 65-летний юрист-воротила категорически не склонен. Так что давайте лучше разбираться всерьез, что это такое: НБА в Европе. Фантастика или действительно осуществимый проект.
Первая причина, по которой мы отказываемся верить Стерну, — расстояния. В голове не укладывается, что один затяжной чемпионат способен объединить команды, базирующиеся по разные стороны Атлантики. Однако бесстрастный географический атлас говорит: все не так уж страшно. От Нью-Йорка до Сакраменто — 4100 км, от Бостона до Лондона — 5300. Разница не катастрофическая. До Москвы — на 2500 км дальше, но про нее Стерн ничего и не говорил. А Лондон, Париж, Берлин, Мадрид, Рим для клубов НБА с восточного побережья США — почти то же самое, что их собственный американский Запад, где они и так бывают регулярно. Выходит, в 82-матчевый календарь вполне реально вписать трансатлантические турне как американских клубов, так и европейских. Возможно — за счет спаренных игр, регулярно практикуемых в НХЛ.
Так что километры и часовые пояса, полагаю, волнуют Стерна в последнюю очередь. Гораздо важнее — экономический фактор, которому в НБА придается решающее значение. Проект NBA Europe Live Tour, в пух и прах раскритикованный в России, похоже, дал очень неплохие финансовые "всходы". И пока мы тешили себя мыслью о том, что ЦСКА способен громить "Лос-Анджелес Клипперс" с разницей под 20 очков, и посмеивались над заокеанскими чудаками, соглашавшимися играть контрольные матчи в Европе с соперниками калибра "Фуэнлабрады", заокеанские маркетологи тихо делали свое дело. Изучали европейский баскетбольный рынок на предмет его "профпригодности".
Ведь что такое НБА? Это франчайзинг, рыночная площадка, где каждый желающий вкладывать большие деньги в баскетбол получает возможность извлекать из своих вложений почти гарантированную прибыль. Следуя правилам, установленным хозяином этой площадки. Как "Макдоналдс". Хочешь открыть в своей деревне забегаловку с желтой буквой "М" на крыше — нет проблем. Но только не вздумай продавать под этой вывеской "неправильный" гамбургер, задирать на него "неправильную" цену или одевать продавцов в "неправильную" униформу.
Давайте предположим, что результаты последних исследований убедили Стерна: баскетбольная Европа уже почти соответствует требованиям НБА. Что это означает? Что в Старом Свете появились инвесторы, готовые ежегодно вбухивать в свой личный баскетбольный "Макдоналдс" порядка 100 миллионов долларов. И что европейский болельщик способен платить по полсотни "зеленых" за билет на каждую из 41 домашней игры любимого клуба.
Последний момент — ключевой. Правда, в разных городах Европы проблема финансовой рентабельности потенциального клуба НБА формулируется по-разному. Скажем, если говорить о Лондоне и Париже, где нет практически никаких баскетбольных традиций, но зато есть высокий уровень жизни и хорошие залы, которые уже сейчас легко заполняются на предсезонных матчах НБА (прошлой осенью игру "Бостон" — "Миннесота" в английской столице посетили более 17 тысяч человек), возникает один вопрос: захочет ли лондонская публика ходить на такие матчи через день в течение шести месяцев? А если в тот же день играют "Арсенал" и "Челси"?..
В Мадриде и Барселоне ситуация несколько иная: классный баскетбол там давно в наличии, залы — тоже, но американским "агрессорам" придется либо выкупать у местных владельцев давно раскрученные марки вроде "Реала" (захотят ли продавать?), либо пытаться конкурировать с этими марками, популярность которых базируется в первую очередь на мощнейшем футбольном базисе. Помните питерскую команду "Санкт-Петербург Лайонс", возникшую в нашей Северной столице на зарубежные деньги ради участия в Евролиге ULEB в период конфронтации между ULEB и РФБ? Искусственно созданный клуб просуществовал всего один сезон и канул в Лету, словно его и не было. С другой стороны, если за организацию подобных "Лайонс" — не в Питере, а в куда более "сытых" европейских городах — возьмутся "зубры" из НБА, у них может получиться гораздо лучше.
Еще есть Афины, Стамбул, Белград, Москва, Вильнюс. Там перспективы Стерна и К° гораздо хуже. Покупательная способность потенциальных баскетбольных зрителей и телекомпаний ниже в разы. Как и вместимость залов, и инфраструктура, и т.д. Тут ни о какой рентабельности речи быть пока не может.
Не может — ну и что?! Богатых людей, любящих баскетбол, хватает и в России, и в других европейских государствах. Если сегодня десятки миллионов долларов летят в бездонную пропасть бюджетов лучших клубов Евролиги, то почему бы им не пойти на содержание команд НБА? Да, тратить придется больше. Но зато шансы этих затрат на частичное возвращение тоже, скорее всего, увеличатся. От продажи билетов, от куда более выгодных, чем сейчас, рекламных и телевизионных контрактов. Полагаю, что к такому новому бизнесу захотят подключиться многие магнаты, до сих пор в европейском баскетболе не задействованные. Вроде владельца "Челси" Романа Абрамовича. Правда, неизвестно, устроит ли подобный вариант ведомство Стерна. Все-таки стремление к рентабельности — краеугольный камень политики НБА.
Следующий момент: будет ли включение, допустим, "Реала" в НБА означать его автоматический выход из Евролиги? Безусловно. Американская экспансия не сулит еврокубкам ничего хорошего. Появление под самым боком такого "монстра", как дивизион НБА, вполне способного переманить лучших спонсоров, игроков и львиную долю зрительской аудитории, — настоящая катастрофа для Евролиги. Турнир, и без того не шибко успешный с коммерческой точки зрения, превратится в абсолютный пшик.
Самое интересное, что, судя по политике ULEB последних лет, перспектива подобного "самоубийства" его руководителей мало беспокоит. Наоборот, возникает ощущение, что сеньоры Портела и Бертомеу спят и видят, когда же их "барселонскую лавочку" наконец прикроют, а они, бросив клич во славу Стерна, займут руководящие посты в европейском отделении НБА. Не далее как 28 февраля в Тель-Авиве Бертомеу в очередной раз поставил крест на пересмотре квот стран — участниц Евролиги и вновь промямлил что-то невнятное относительно возможных изменений в системе ее розыгрыша. В то же время из уст исполнительного директора Евролиги неоднократно звучали идеи приглашения команд из Лондона, Берлина, Парижа. Тех самых, на которые нацелились Стерн и К°!
Это совпадение — не случайное. Видимо, ULEB готов стать придатком НБА, ответственным за освоение других баскетбольных рынков — чтобы американские "небожители" приходили не на пустое место. Сама же Евролига в ее нынешнем, законсервированном виде покорить лондоны с парижами вряд ли способна. Ей просто нечем их заинтересовать.
Год назад ЦСКА с помпой обнародовал свой бюджет: 30 миллионов долларов (в 2005-м, когда Москва принимала "Финал четырех" Евролиги, армейцы, по слухам, потратили еще больше). А в "разблюдовке" статей этого бюджета было указано: от реализации Евро лигой спонсорского "пакета" и прав на телетрансляции ЦСКА получил $ 560 000. То есть менее двух процентов от бюджета! И в столь же "странном" положении находятся сейчас все богатейшие клубы Европы без исключения.
Казалось бы, впору кричать "караул", предпринимать авральные меры. Но вместо этого мы слышим из Барселоны совсем другое. Типа "правильной дорогой идете, товарищи". ULEB вовсю развертывает самоубийственное сотрудничество с НБА, пускается в популистские проекты вроде интернет-канала euroleague.tv, совершенно забывая о своем изначальном предназначении, ради которого в середине 90-х и создавалась эта организация, — помогать ведущим клубам континента зарабатывать на баскетболе.
Спору нет: об энбэашной рентабельности Европе пока глупо даже мечтать. Но это не означает, что надо сидеть сложа руки и ждать, пока НБА сама нагрянет в Старый Свет. За последнее десятилетие европейский клубный баскетбол (в том числе благодаря ULEB) сделал колоссальный шаг вперед. Заметно выросли класс команд, масштаб инвестиций, интерес публики. Так почему бы не консолидировать эти ресурсы в "другую НБА" — европейскую?
В начале этого года мы были свидетелями незабываемого праздника: ЦСКА при 14-тысячном аншлаге принимал на Ходынке "Таугрес". В столь же симпатичную "обертку" можно завернуть и всю Евролигу — если в ней будут соревноваться действительно лучшие из лучших. Обладатели самых увесистых кошельков и самых отлаженных инфраструктур. А вместо архаичных, доставшихся в наследство от ФИБА многоступенчатых групповых стадий болельщикам предложат полноценную "регулярку" а-ля НБА, венчать которую будет настоящий плей-офф.
Скажите на милость, зачем изобретать велосипед заново? Европа вполне созрела для запуска аналога НБА, который наверняка привлечет к себе внимание солидных спонсоров и телевидения. И если ULEB этого не понимает (или делает вид, что не понимает), значит, реформаторскую инициативу должен взять на себя кто-то другой. Например — Россия. Тем более что шансы нашей страны и вообще Восточной Европы поучаствовать в европейском проекте Стерна минимальны. А положение России в нынешней Евролиге — самое обделенное. Чего ждать-то?! Российская столица уже имеет три команды, по всем параметрам соответствующие требованиям Евролиги: ЦСКА, "Динамо" и "Химки". Эти клубы формируют суперсоставы, приглашают супертренеров, строят новые арены, развивают детские школы. Но один из них, обладающий лучшим баскетбольным брендом на континенте, получает за это от Бертомеу унизительные 560 тысяч, а двум другим места в Евролиге не дают вообще.
На-до-е-ло! Финансовый потенциал России сегодня ничуть не ниже, чем у Испании и Италии, в свое время учредивших ULEB. Настала пора преобразовать его в реальный проект. Во благо и себе, и всей Европе.
Недавно группа российских инвесторов взялась за создание открытой хоккейной лиги по типу НХЛ. Неужели в стране не найдется желающих вложить средства в создание "европейской НБА"? В стране, чья сборная носит титул чемпиона Европы и чей лучший клуб пять лет подряд участвует в "Финале четырех" Евролиги. От бездействия барселонских чиновников ULEB устали даже испанские команды, которые, научившись продавать втридорога телеправа на показ игр внутреннего чемпионата, недоумевают: почему столь же привлекательным и доходным нельзя сделать главный континентальный турнир?
В этой связи журналисты отдела спортигр "СЭ" предлагают свой вариант новой Евролиги — по образу и подобию НБА. Конечно, это лишь эскиз. Но если довести его до ума, вполне может получиться то самое альтернативное соревнование, о котором говорилось выше. Конечно, на фоне такой лиги все остальные турниры — как международные, так и внутренние — отойдут на второй план. Но мы отнюдь не призываем упразднять национальные чемпионаты. Просто клубы Евролиги могли бы подключаться к ним в последний момент.
Вас смущает, что Пермь или Новосибирск годами не будут видеть ЦСКА, "Динамо", "Химки", УНИКС и "Триумф"? Зато пять наших ведущих команд проведут в рамках Евролиги аж 40 "междусобойчиков" и вдобавок минимум по разу сыграют со всеми остальными европейскими суперклубами. Вот вам и популяризация баскетбола. Суперпопуляризация! Хотите принять непосредственное участие в разделе этого "пирога"? Тогда боритесь за это право! Увеличивайте бюджет, развивайте инфраструктуру, обыгрывайте признанных фаворитов в национальном чемпионате — и будет вам энбэашное счастье по-европейски...
На Западе, по уже сложившейся за последние годы традиции, главные претенденты на встречу в полуфинале плей-офф известны еще до старта чемпионата. Это, безусловно, «Лейкерс» и «Сан-Антонио».
Действующие чемпионы ассоциации из Лос-Анджелеса в межсезонье сохранили костяк чемпионской команды, пригласив одного из лучших защитников лиги Рона Артеста. Да, ради его перехода пришлось лишиться очень перспективного Тревора Аризы, но оно того стоит, ведь если Ариза пока ходит только в перспективных, то Артест — в расцвете сил. С точки зрения достижения результата этот шаг, конечно, оправданный.
В конце 60-х — начале 70-х НХЛ неохотно принимала в свои ряды новых членов, предъявляя весьма высокие требования к желающим вступить в ее ряды. Однако в связи с массовым строительством новых спортивных арен в Северной Америке, многие города желали иметь свою хоккейную команду. В 1972 году группа предпринимателей из Калифорнии решили создать вторую хоккейную лигу. Основной задачей ставилось создать конкуренцию НХЛ, переманив за счет более высокого уровня заработной платы ее лучших игроков, и занять лидирующие позиции на хоккейном рынке или хотя бы добиться слияния с ней. Руководители ВХА, надеялись со временем сделать ее прибыльной, хотя безусловно понимали, что в первые сезоны лига будет нести огромные убытки. Непосредственными организаторами ВХА были Гэри Дэвидсон и Деннис Мерфи. 12 февраля 1972, ВХА провела свой первый драфт в Анахайме. Пока ее никто не признавал, но уже через 2 недели, когда молодой перспективный голкипер Берни Парент заявил о своем желании подписать контракт с клубом ВХА, все поймут, что у НХЛ появился серьезный соперник. Решение Парента привело к тому что ряд ярких игроков НХЛ, таких как Дерек Сандерсон и Тед Грин, также решил последовать примеру Парента. "Мое жалование утроилось до 100 тысяч долларов", вспоминает Эл Хамилтон из "Эдмонтона". Сокрушающий удар был нанесен , когда Бобби Халл подписал 10-летний контракт на сумму 2,75 миллиона долларов. Это сейчас эта сумма кажется несерьезной, но тогда это были безумно большие деньги.
На этот раз речь пойдёт о "Миннесоте Уайлд". Вообще-то в этом штате "дикари" стали не первой командой сильнейшей лиги мира в истории, но "Миннесота Норт Старз", которая была их предшественницей, ныне представляет собой другой действующий клуб — "Даллас Старз", поэтому о ней рассказ пойдёт в другой раз.
Хоккейные функционеры Миннесоты получили право на создание собственной команды НХЛ в 1997-м году в рамках программы расширения это лиги, когда с момента переезда "Норт Старз" в солнечный Техас минуло четыре года. "Норт Старз", в своё время базировались в городке Блументал, что в 15 километрах от столицы штата Миннеаполиса. "Дикари" нашли своё обиталище в Сент-Поле, который расположен ещё ближе по отношению к главному городу штата.
Вообще, "дикари" могли быть совсем не "дикарями", а "Синими Волами", "Белыми Медведями" или даже "Северным Сиянием", но именно такое название выбрали жители Миннеаполиса и Сент-Пола на специальном референдуме. Хоккей в Миннесоте любили всегда, да и в штате всегда были все возможности для занятия этим видом спорта. Даже климат — Миннесота является едва ли не самым холодным из всех Соединённых Штатов Америки — способствовал повышению популярности хоккея в этом субъекте.
К слову, с самим названием "Уайлд" у клуба были определённые проблемы, так как это слово было запатентовано канадским обществом защиты природы. В итоге хоккейным функционерам удалось отстоять "народный выбор", а форма клуба раскрасилась в зелёные цвета, которым команда не изменила до сих пор. Лишь в этом сезоне в дополнение к зелёной и бело-зелёной формам появилась третья, альтернативная красно-зелёная.
Развивалась команда стремительными темпами. За два с половиной года до старта в НХЛ клуб заключил первый спонсорский контракт, за два года до дебюта получил от властей Миннесоты 130 миллионов долларов на возведение собственного Дворца спорта, а за полтора года до первого матча получил 11 тысяч заявок на сезонные абонементы, ещё толком не определившись даже с их ценовой политикой. Но отличились "дикари" не только этим: "Миннесота" стала первым и единственным до сих пор клубом, в котором должность финансового директора заняла женщина — Марта Ларссон.
Драфт расширения, через который проходят все клубы-новички НХЛ, созданные заново, и на котором они выбирают незащищённых генеральными менеджерами других команд игроков, не принёс каких-то сенсаций. Из всех игроков, пришедших в клуб на нём, стоит выделить разве что форвардов Сергея Кривокрасова, Дарби Хендрикссона и защитника Филиппа Кубу. Зато приобретения на рынке свободных агентов голкипера Мэнни Фернандеса и на драфте новичков словацкого вундеркинда Марьяна Габорика стали знаковыми. Эти двое до сих пор играют за клуб.
В первый свой сезон в 2000-м году "Миннесота Уайлд" вступила с не самой сильной и яркой, но достаточно боеспособной командой и отличным тренером Жаком Лемером. Этот специалист зарекомендовал себя в "Нью-Джерси Девилз", как мастер построения оборонительных "капканов". Эту репутацию он подтвердил и на новом месте работы. "Дикари" заняли неплохое 25 место из 30 команд, оставив позади себя пять клубов.
Второй сезон получился у "зелёного" клуба хуже первого, а вот в третьем случился настоящий прорыв. Лемер со своей командой блестяще стартовали и ни разу не выпадали из зоны плей-офф. В нём же "Миннесота" и вовсе дошла до финала конференции, одолев по дороге грозные тогда "Колорадо Эвеланш" и "Ванкувер Кэнакс". Лишь в битвах за звание чемпиона Западной конференции и право сыграть в общем финале "дикари" уступили "Анахайм Майти Дакс".
После того чемпионата, команда из Сент-Пола ни разу не пробивалась больше в плей-офф, но не раз до последнего боролась за право поучаствовать в кубковых баталиях. Ныне подопечные Лемера, до сих пор сохранившего свой пост, выступают очень неплохо и находятся на данный момент в числе восьми лидеров конференции. Смогут ли они реализовать свой высокий потенциал уже в этом сезоне, зависит от многих факторов, не последним из которых будет везение, но с такой любовью к команде со стороны болельщиков и властей штата, "Миннесота" пойдёт в НХЛ далеко.
