Ник автора: 333
Имя: Александр Невзоров
Сайт:
Печатные издания продолжают приобщаться к настоящей психологии :-) На этот раз нижегородское еженедельное издание «Новое дело».
Вопросы, конечно, не ахти, какие оригинальные, но свой интерес в их рассмотрении тоже есть. Иногда, ответ невозможно найти именно потому, что вопрос сформулирован некорректно, а стоит задать его правильно, решаемая проблема сама рассыпается, как карточный домик.
Если рассуждать достаточно трезво, то очень легко прийти к выводу, что душевные качества человека не могут быть однозначно разделены на хорошие или плохие, правильные или неправильные. В тех или иных ситуациях, одно и то же качество может сыграть и в плюс и в минус. Согласны?
Вы когда-нибудь были увлечены? Увлечены так глубоко, чтобы ваша страсть проникала во все сферы вашей жизни? Не на месяц, не на год, а на всю сознательную жизнь? Марки? Компьютеры? Лошади? Физика? Биология? Что-нибудь?
Ребенок с рождения при малейшем неудовольствии требует к себе внимания. Родители его, конечно же, жалеют и утешают. И ребенок быстро схватывает — «Если мне плохо, можно позвать родителей и они меня пожалеют — и мне станет хорошо». Сначала ребенок зовет родителей, когда ему действительно плохо, но потом смекает, что родителями можно таким образом манипулировать. А, чтобы игра выглядела натурально, ему приходится изображать из себя «жертву» — жалкое личико, сопли из носа, слезы из глаз. Сначала это ребенком проделывается достаточно трезво. Можно даже эксперимент провести — если в момент такой сцены ребенка чем-то отвлечь, то он забудет, что только себя жалел и, что ему вроде как было «плохо».
Любая мораль, как свод социальных законов, — это зло. С психологической точки зрения, мораль — это собака гоняющаяся за собственным хвостом.
Очень легко впасть в заблуждение и начать думать, будто мораль ограничивает звериные человеческие инстинкты и, потому, необходима. Если выдернуть человека из его личного исторического контекста, когда его психика уже сформирована, то — да — мораль не позволяет распускать ему руки и идти на поводу у тенденций разрушительных для окружающего общества.
Психология — странная «наука». Изучать ее абстрактно не получается — всякую идею приходится применять к себе. Нельзя изучить психологию личности человеческой, не имея ясного представления о личности собственной. Поэтому, каждая новая концепция или техника, прежде всего опробуется на себе. И, как результат, постоянно обнаруживаются все новые и новые тонкости в понимании собственного устройства. А что в этом процессе самое «увлекательное», так это то, что каждый очередной прорыв в понимании себя требует выполнения хитрого ритуала: снять шляпу, смиренно вздохнуть и со словами — «Надо же было быть таким идиотом!» — посыпать голову пеплом
После праздников, со свежей головой и новыми силами можно взяться за проблему посерьезнее. Предлагаю вашему вниманию краткий обзор проблематики свободы воли. Никаких новых истин и открытий — только перечисление ключевых точек зрения на вопрос о свободе воли или ее отсутствии.
В разговорах о психологии часто можно услышать расхожую формулировку, что, дескать, человек — животное социальное, а потому от природы нуждается в общении с себе подобными. Звучит по-философски красиво, но так ли это на самом деле? Что, если никакого социального инстинкта не существует?
За последний месяц, вместе с бурным ростом аудитории сайта, все чаще приходится сталкиваться с критикой и всевозможными упреками. В основном, читатели спорят со своим собственным пониманием слов и идей, использованных в статьях. Несколько раз критиковали неосторожность манеры изложения. Раз пять называли шарлатаном, позорящим профессию. Много тумаков надавали по части правильного использования русского языка. А кое-кто пообещал написать целый цикл разгромных статей и смешать меня в них с землей. Что ж, критиков и советчиков легко понять.
Психология, какой мы ее сегодня знаем, относительно молодая область знания. И хотя знатоки человеческой души находились во все времена, целенаправленное врачевание душевных недугов появилось лишь чуть более 100 лет назад.
Психиатрия, как самостоятельная медицинская дисциплина, возникла раньше, но она никогда не занималась, собственно, психикой — предметом ее интереса были заболевания тела, отражающиеся на состоянии души. С тех пор, психиатрия так и осталась неудачной и неудавшейся попыткой выстроить единую систему диагностики и лечения душевных заболеваний через физиологическое воздействие.
