Каталог статейТематические статьи по рубрикам в каталоге

В апреле 1960 года в Западном Берлине на машину опытного автолюбителя налетел мотоциклист, который получил права за два дня до этого. Удар был такой силы, что автомобиль перевернулся. От полученных травм автолюбитель скончался 24 апреля 1960 года. Чем эта авария закончилась для мотоциклиста – история не сохранила. А за рулём автомобиля был Макс фон Лауэ – профессор, лауреат Нобелевской премии по физике 1914 года.
Макс фон Лауэ (Max von Laue) родился 9 октября 1879 года в Пфаффендорфе. В 1898 году, окончив гимназию, поступил в Страсбургский университет. В 1903 году под руководством М.Планка защитил в Берлинском университете диссертацию, посвященную исследованиям интерференции света в плоскопараллельной пластине. В течение двух лет Лауэ работал в Гёттингене, а в 1905 году возвратился к Планку в Институт теоретической физики в Берлине. Здесь он занимался изучением особенностей распространения электромагнитных волн.
В 1910 году заинтересовался теорий относительности А.Эйнштейна, которая в то время еще не была признанной многими физиками, и перешёл в Мюнхенский университет к А.Зоммерфельду. В 1911 году опубликовал монографию, подтверждающую теорию относительности. После этого Лауэ теоретически показал, что если считать рентгеновское излучение не частицами, а короткими электромагнитными волнами, то оно должно взаимодействовать с кристаллами так же, как видимый свет взаимодействует с дифракционной решёткой.
В начале 1912 года его студенты В.Фридрих и П.Книппинг экспериментально получили дифракционную картину при облучении пучком рентгеновского излучения кристалла медного купороса. Это оказалось главным открытием Лауэ. Дифракционные спектры рентгеновских лучей при их взаимодействии с кристаллами до сих пор называют лауэграммами. В 1914 году Лауэ присуждается Нобелевская премия по физике «за открытие дифракции рентгеновских лучей на кристаллах». Этот метод позволяет физикам изучать структуру кристалла, или длину волны рентгеновского излучения, зная параметры кристалла.

Read more on Макс фон Лауэ...

1 мая 1978 года, 30 лет назад, остановилось сердце человека, который по рождению имел ничтожно мало шансов на то, чтобы стать известным. Но, тем не менее, сегодня вряд ли найдется человек, который бы не слышал «Танец с саблями» из балета «Спартак». И, соответственно, имя композитора – Арам Ильич Хачатурян.
…Арам родился 6 июня 1903 года в Тифлисе, в семье бедного переплетчика Ильи Хачатуряна, и был четвертым сыном. У его матери был очень красивый голос, и когда она укладывала своих детей спать, она всегда пела им старинные армянские песни, многогранные и переливчатые, как шикарный алмаз. И в такие минуты малышам всегда казалось, что это не мать им поет, а раздается волшебный голос с небес.
А еще любили мальчишки, когда к ним во двор приходил бродячий поэт-песенник. Сколько совершенно чудесных историй из прошлого родного народа успевал он донести до благодарных слушателей. Благодарных потому, что у них, кроме таких «моноспектаклей», ничего не было, даже ужинать иногда ложились голодными.
Первые уроки музыки. Самые трогательные.
Интересно, что после каждого такого концерта маленький Арам забирался на чердак, чтобы его никто не видел, и пальцами выбивал на медном тазу дробь в такт услышанной мелодии. И если поначалу родители относились к такому подражанию с улыбкой, то чуть позже решили на семейном совете приобрести грошовое старенькое пианино. Именно на нем Арам наигрывал простенькие мелодии: нанять учителя музыки Хачатурянам было не по средствам.
Но пианино было не единственной отрадой для пытливого мальчишки. Он тайком учится играть и на духовых инструментах. И в 16-летнем возрасте впервые попадает в оперный театр, где слышит оперу «Абесалом и Этери» классика грузинской музыки Захария Палиашвили. Это был переломный момент в жизни юноши – он твердо решил стать музыкантом и композитором. К счастью, к тому времени в России произошли перемены, талантам из народа оказались открыты все двери. Первым в Москву уехал старший брат Арама – Сурен, который во время своего очередного приезда в Тбилиси, уговорил родителей отпустить с ним 18-летнего младшего брата.
Елена и Михаил Гнесины как ступенька к успеху
Когда тот сдавал экзамены в музыкальный техникум, где «первую скрипку» играли Елена Фабиановна и Михаил Фабианович Гнесины, у Хачатуряна было не так много шансов стать студентом. Ведь классического музыкального образования на тот момент он просто не имел. Но он поразил опытных педагогов своим природным слухом (как тут не вспомнить медный таз, неоднократно выручавший мальчишку в далеком детстве?), горячим стремлением учиться и своей импульсивностью. По глазам было видно – этот мальчишка штаны просиживать не будет.
Первое время он обучался игре на фортепиано и виолончели, но практически с первых занятий Гнесиным стало ясно: у парня несомненный талант сочинять музыку. А потому они не жалели на своего ученика времени, часто оставаясь с ним после основных занятий и выслушивая композиции, которые пришли ему на ум в течение дня. Его музыка завораживала, в ней слышались нотки далеких гор, рожденные под ярким звездным небом, звуки пастушьей свирели и звенящие ноты птиц, которые под южным солнцем готовы с самого раннего утра петь о любви...
Словом, к тому моменту, когда учеба в техникуме была окончена, Хачатурян был уже почти сложившимся композитором. А серьезные наставники из Московской консерватории встретили юношу с распростертыми объятиями: с талантом куда приятнее работать, чем с посредственностью. И у Арама пошло! Так, в 1932 году молодой композитор прославился своим Трио для кларнета, скрипки и фортепиано, чуть позже появилась Первая симфония – дипломная работа выпускника консерватории. Она была посвящена Советской Армении, и в ней причудливо переплелись народные мотивы этого свободолюбивого народа и «европейский фон», как показатель того, к чему нужно тяготеть республике.
30-е годы становятся настоящей ступенькой к дальнейшему творчеству композитора. Он пишет не только ряд концертов для струнных инструментов, но и пытается языком музыки выразить чувства героев литературных произведений. Скажем, вальс к драме Лермонтова «Маскарад» едва ли не с момента его написания становится классикой. Разгадка проста: Хачатуряну удивительно точно удалось передать посредством музыки душевное состояние героев драмы.
Музыка выше слов?
Впрочем, композитор был далеко не всегда доволен своим творчеством, даже когда произведение вызывало хорошие оценки у слушателей. Так, в целом удавшийся ему балет «Счастье», над которым он работал непосредственно в Армении, он расценил едва ли не как провал, а потому практически тут же взялся за тематическое продолжение первого «действия» – балет «Гаянэ». У него незамысловатый сюжет, идеально вписывающийся в сталинскую концепцию строительства социалистического общества. В армянском селе поднимают голову враги советской власти, колхозница Гаянэ узнает, что в поджоге склада с народным хлопком принимает участие и ее муж. Но для молодой женщины счастье народа оказывается выше личного счастья. Она восстает против мужа, едва не погибает, но в финале всех ждет поистине голливудская концовка: все довольны, все смеются. Особенно Гаянэ, которая нашла радость в новой семье.
Это такой классический случай, когда музыка стоит на ступеньку выше, чем либретто. Если закрыть глаза и не видеть того, что происходит на сцене, можно просто наслаждаться волшебными мелодиями. Хотя не будем забывать, что балет «Гаянэ» поставлен в 1942 году, когда враг рвался на Кавказ. И по любому балет пробуждал у армян патриотические чувства. Да и не только у них – ведь музыка интернациональна.
А танцевать Спартака Арам Ильич заставил уже позднее, работа над балетом была завершена в 1954 году. А до этого ему пришлось пережить немало волнительных минут, особенно в 1948 году, когда в постановлении ЦК ВКП(б) «Об опере «Великая дружба» Хачатурян, как и ряд других крупных музыкантов, подвергся критике за «формалистические» и «антинародные» тенденции.
Путь, усеянный розами...
О работе над произведением, посвященном гладиатору-вождю, Арам Ильич говорил так: «… Сочиняя музыку своего балета, стремясь мысленно постигнуть атмосферу Древнего Рима, я всегда ощущал духовную близость Спартака к нашей эпохе, нашей борьбе против всяческой тирании, борьбе угнетенных народов против империалистов-агрессоров».
Остается добавить, что впервые балет «Спартак» был поставлен на сцене Ленинградского театра имени С.М.Кирова в 1956 году, а в Большом театре в Москве постановка была осуществлена в 1958 году. Годом позже Хачатуряну была присуждена Ленинская премия.
Надо сказать, что вниманием властей выдающийся армянский композитор обделен не был: он был награжден орденами Ленина и Трудового Красного знамени, ему было присвоено почетное звание Героя Социалистического Труда, он был народным артистом СССР.

Read more on Арам Ильич Хачатурян...

17 апреля 1942 года скончался Жан-Батист Перрен — французский физик, лауреат Нобелевской премии 1926 года. Его имя, к сожалению, несколько затенено именами знаменитых физиков той поры, но именно работы Перрена предвосхищали или подтверждали их открытия и сделали их знаменитыми.
Перрен родился 30 сентября 1870 года в Лилле. Окончив в 1894 году Высшую нормальную школу в Париже, работал там же и до 1897 года занимался исследованиями катодных и рентгеновских лучей, природа которых ещё не была установлена. Некоторые учёные считали их разновидностью светового излучения. В 1895 году Перрен установил, что катодные лучи — поток неизвестных отрицательно заряженных частиц. Дж. Дж. Томсон подтвердил эксперименты Перрена и в 1897 году определил их заряд и массу. Эти частицы были названы электронами.
В 1897 году Перрен защищает докторскую диссертацию и начинает читать новый курс физической химии в Парижском университете (Сорбонне), а в 1910 году возглавляет там до 1940 года кафедру физической химии. В 1901 году Перрен предположил, что атом представляет собой миниатюрный аналог Солнечной системы, но он не смог доказать это. Только десять лет спустя Эрнст Резерфорд предложил и экспериментально подтвердил свою аналогичную модель.
В начале прошлого века вызывало сомнение и существование молекул. Перрен занялся разделом науки, которая позднее получила название молекулярной физики. Открытое ещё в 1827 году Броуновское движение мелких частиц ещё не имело объяснения. В 1905 году Альберт Эйнштейн опубликовал работу, где теоретически обосновал молекулярную природу броуновского движения. Тончайшие эксперименты, проведённые Перреном с 1908 по 1913 год, подтвердили теоретические выводы Эйнштейна.
Перрен предположил, что если движение взвешенных частиц вызывается столкновениями с молекулами, то, по аналогии с хорошо известными газовыми законами, можно вычислить их средние смещения за определенный промежуток времени. Однако частиц нужных для эксперимента размеров и однородности не было. После многих месяцев кропотливой работы Перрену удалось с помощью центрифуги выделить из млечного сока растений достаточное для экспериментов количество однородных частиц желтоватого вещества гуммигута. Броуновское движение этих частиц в последующих экспериментах полностью соответствовало молекулярной теории.

Read more on Жан-Батист Перрен...

18 апреля 1838 года, 170 лет назад, в г. Коньяк в семье винодела родился французский химик Поль Эмиль Лекок де Буабодран (Paul Émile Lecoq de Boisbaudran). Получил домашнее образование, затем экстерном получил диплом парижской Высшей политехнической школы. В 1854 году создал химическую лабораторию в винодельческой фирме своего отца в Коньяке и оборудовал её самыми современными приборами.
Лекок де Буабодран в основном занимался спектроскопическими исследованиями с целью усовершенствования технологии производства вин. Однако его интересовали и фундаментальные законы природы. Разрабатывал спектроскопические методики обнаружения различных химических элементов в растворах и минералах. Именно эти исследования и принесли ему впоследствии славу.
Ещё 1860 году Лекок де Буабодран установил связь линий в эмиссионных спектрах от атомных весов элементов. В 1863 году он обнаружил, что в спектрах элементов между линиями алюминия и индия есть пробел. Там должны находиться линии какого-то неизвестного элемента. И он начал пытаться выделить его из минералов. Но полученные фракции не давали искомых спектральных линий.
А в Петербурге в 1869 году Д.И.Менделеев представил Русскому химическому обществу доклад об установленном им периодическим законе химических элементов. 7 января 1871 на заседании этого общества он заявил, что «III группе четных рядов недостает из 3-его ряда элемента, следующего за цинком, а потому обладающего атомным весом 68». Он назвал предполагаемый элемент экаалюминием из-за схожести некоторых свойств.

Read more on Лекок де Буабодран...

Как ни странно, речь пойдет о французском подданном. Его имя — Мишель Ней. Именно он, легендарный маршал наполеоновской армии, после Бородинской битвы получил за доблесть титул князя Московского, присовокупив его к герцогскому, которого был удостоен четырьмя годами раньше.
Биографию Нея иначе как удивительной не назовешь. Родился будущий маршал в 1769 г. в Саррици, что в Лотарингии, в семье мастера бочарного дела. С 13 лет работал писцом у нотариуса, затем — надзирателем на литейном заводе. Но в один прекрасный день 19-летний юноша круто изменил свою судьбу, поступив рядовым в гусарский полк.
В армии он делает головокружительную карьеру: через 5 лет М.Ней уже лейтенант, еще через 4 года — генерал. Маршальский жезл получил в возрасте 35 лет. Отчаянный храбрец, Ней не прятался за спинами солдат, бывал тяжело ранен, совершил немало подвигов.
Например, в 1798 г. со 150 бойцами захватил неприступную крепость Манхейм, вызвав восхищение всей Франции. В 1800 г., сражаясь под Хохенлайденом, молниеносной атакой взял в плен 10-тысячное войско противника. В 1805-м с боем взял высоты вокруг Ульма и запер в крепости австрийскую армию, которая через неделю сдалась вместе со всей техникой, боеприпасами и воинскими атрибутами чести. В 1807-м в битве при Эйлау обратил в бегство русское войско, а под Гуттштадтом с 14-тысячным отрядом не дрогнул перед 70 тысячами вражеских воинов.
Его называли «Неутомимым», «Рыжим львом», «Храбрейшим из храбрых» и даже «Богом Марсом».

Read more on Мишель Ней...

Все мы немножко любим фокусы. Особенно мужчины. Особенно во взаимоотношениях с женщинами. Ты его и накорми, и напои, а утром, как всегда, фокус с исчезновением…
Но есть люди, для которых фокусы и исчезновения стали смыслом жизни. Это профессиональные иллюзионисты. Одно из ведущих мест среди них занимает Дэвид Копперфильд. О нем мы сегодня и поговорим…
Дедушка Коткин любил торговаться на Привозе…
Наверное, вряд ли найдется хотя бы один одессит, который на предложение зарабатывать 26 миллионов долларов в году ответит вам: «Да шо вы говорите!». Но именно столько зарабатывал в недавнем прошлом Дэвид Копперфильд, сейчас ставки заметно подросли.
С другой стороны, скажи кто из знакомых одесситов Коткину-старшему, что его внук Давид будет столько зарабатывать, старый бы назвал такого человека фантазером.
Но именно дед и стал отправной точкой для Давида Коткина (сценический псевдоним Дэвид Копперфильд он взял значительно позже).
– В детстве я был очень робок, – вспоминает Дэвид, – мне было трудно общаться со сверстниками, и я очень переживал, что девочки не обращают на меня никакого внимания. И я понял, что должен придумать нечто особенное для того, чтобы их заинтересовать.
Это сказано слишком мягко. Когда его родители эмигрировали из Одессы, у них не было ни постоянной работы, ни средств существования. В общем, жизнь была настолько безрадостной, что маленький Давид едва не сошел с ума. Он был некрасив, страдал легким заиканием, был робким до умопомрачения. К десяти годам мальчик приобрел прочный комплекс неполноценности.
Дошло до того, что он выбирался на улицу только в силу какой-то острой необходимости. Все свободное время Давид проводил либо за чтением, либо в глубокой задумчивости, подобно седобородому восточному ламе. О чем он передумал тогда, полураздавленный жестоким и чужим миром, лучше него никто не скажет.
– Именно тогда во мне сложилось неутоленное честолюбие, оригинальное, если не сказать странное, мышление, индивидуальность. Я стал не таким как все. Я страшно завидовал своим отчаянным, раскованным сверстникам, но знал, что не могу думать и поступать как они. Воспоминания о детстве много позднее натолкнули меня взять другую фамилию Копперфильд.
Остается добавить, что литературный герой Дэвид Копперфильд, можно сказать, был образцом для подражания или, если хотите, идеалом, к которому стремился юный Давид Коткин. С другой стороны, схожие имена позволили ему как можно быстрее вжиться в этот образ.
Чудесное превращение гадкого утенка
Родителям катастрофически не хватало времени на подрастающего сына. Постепенно он начал походить на человека в футляре, на парня, который живет в своем искусственно созданном мире.
И вот тут-то главную роль сыграл Коткин-старший, дед. Он разобрался во внутреннем состоянии внука и понял, что ему нужен толчок. Если не разбить этот футляр сейчас, то потом будет поздно.
Как я уже говорил, одессит в седьмом колене никогда не терял присутствие духа. Он заменил внуку и друзей, и окружающий мир, составив для него целую программу.
Первым делом он научил мальчика плавать, ибо это умение является как бы личным клеймом любого уважающего себя одессита. Во-вторых, нужно было научить мальчика умению постоять за себя в любой ситуации. С этой целью дедушка показал внуку несколько приемов джиу-джитсу. Через несколько месяцев Давид чувствовал себя достаточно уверенным для того, чтобы свалить с ног любого хулигана.
И третье, без чего нельзя стать великим человеком – терпение, трудолюбие и желание учиться у других, с тем, чтобы перенимать все лучшее. Дедушка дал внуку ворох книг с жизнеописаниями великих и дерзких людей. И мальчик не просто перечитывал эти биографии, доступные каждому – с карандашом в руках он учился. Учился буквально всему.
Дедушка Коткин был неплохим психологом и воспитателем. Он прекрасно понимал, что теперь, когда почва вспахана и подготовлена для приема зернышка, необходимо чем-то по-настоящему увлечь Давида. И тогда старый одессит решил научить внука тому, что он умел сам – карточному шулерству. Но шулерству в хорошем смысле слова. Несколько десятков прекрасно отработанных карточных фокусов – вот именно та ступенька, с которой юный Давид Коткин начал восхождение к триумфальному Олимпу великого иллюзиониста. И этим фокусам, незначительным трюкам он был обязан своему деду. О, дай Бог, каждому из нас такого фантастически упорного и оптимистично настроенного деда!
Легок ли хлеб иллюзиониста?
Когда мы с Вами смотрим выступление иллюзиониста, то в какой-то момент нам кажется, что подобный трюк мог вполне получиться и у нас. И в этом нет ничего ошибочного. В советские времена в одном из детских журналов даже была отдельная рубрика, посвященная секретам того или иного трюка.
Лично я вырос на увлекательнейшей книге, изданной, если мне не изменяет память, в 50-е годы, которая называлась "Пять минут на размышление". Это был сборник логических задач, кроссвордов, шахматных задачек, ребусов, игр со спичками и т.д. Особую главу занимал рассказ о том, как освоить простейшие трюки и показать их своим друзьям.
Да, они подвластны практически каждому, но поддаются исключительно тем, кто имеет время, терпение, усидчивость. Ведь для того, чтобы получился простейший фокус, его надо выполнить от двадцати до двух тысяч раз.
Вас, конечно, впечатляет один из самых сложнейший трюков Дэвида Копперфильда – летание по залу. Я еще к нему вернусь, а пока могу сказать только одно. Впрочем, опять предоставлю слово самому Дэвиду.
– Это очень трудный номер, и я готовил его семь лет!

Read more on Дэвид Копперфильд...

О Филиппе Филипповиче Вигеле в наши дни знают немногие, хотя в последние время его «Записки» выдержали несколько переизданий и на книжных прилавках не залеживаются. А воспоминания, стоит заметить, прелюбопытнейшие, ведь Вигель близко знал практически всех ведущих литераторов своего времени, а также многих военачальников и государственных деятелей. К тому же, он обладал прекрасной памятью, острой наблюдательностью и редким даром писать изящно, образно и точно, используя по максимуму возможности «великого и могучего».

Read more on Филипп Вигель...

Кардинал Джузеппе Каспаро Меццофанти (1774—1849) был хранителем библиотеки Ватикана. Нетрудно догадаться, что эта должность обязывает знать языки. И он действительно был полиглотом, даже гиперполиглотом (так называют тех, кто владеет больше чем шестью языками).
Правда, до сих пор исследователи расходятся во мнении, сколько же именно языков он знал, т.е. мог разговаривать на них и писать, переводить устную и письменную речь? Зато известно, что падре всю жизнь провел в родной Италии и никогда не путешествовал вне ее пределов.
По одной версии, Меццофанти владел всеми основными европейскими языками, а также эстонским, латышским, грузинским, армянским (древним и новым), албанским, курдским, турецким, персидским, китайским. По другой – мог делать переводы со 114 языков и 72 наречий, не считая множества диалектов, а изъяснялся на шестидесяти! Наконец, большинство источников сходится в том, что в совершенстве кардинал владел 38-39 языками.
А каким образом и сколько времени он изучал их? Всю жизнь, начиная с детства, проведенного в Болонье. Сын бедного плотника в школе учил классические (латынь, древнегреческий), испанский, немецкий, мексиканский, а также (благодаря преподававшим там иезуитам, изгнанным из Америки) – еще и южно-американские диалекты испанского.
Мальчик имел феноменальную память и склонность к наукам. В 12-летнем возрасте (!) он занялся курсом философии, а в 15 лет – защитил диссертацию. Приступив к богословским наукам, он освоил их так быстро, что по возрастному цензу не имел права стать священнослужителем. Тогда он начал изучать восточные языки.

Read more on Джузеппе Каспаро Меццофанти...

Сегодня в «Летописи войны» судьба еще одного солдата Великой Отечественной, которому не суждено было дожить до Победы всего-то 33 дня. Спустя еще 16 дней ему было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Но самое поразительное – родные и близкие Героя ничего не знали о его судьбе, и все это время у них хранилась похоронка о том, что их муж и отец пал смертью храбрых во время Восточно-Прусской операции. И все…
Как бы цинично это ни звучало, но у государства в таком раскладе был особый резон. Вдовам Героев Советского Союза полагалась относительно немаленькая пенсия, естественно, больше, чем остальным вдовам. Такая уж была политика. А вот тем, у кого муж пропал без вести, доплата вообще не полагалась, и государство на этом экономило. Вот почему бывали циничные случаи, когда личность погибшего была установлена, но этот факт держался в секрете, чтобы вдова не обратилась за назначением пенсии.
И только красные следопыты, дотошные и старающиеся не просто установить имена павших героев, но и списаться с родственниками погибших, портили власти все карты…
Так получилось и с Героем Советского Союза Григорием Федоровичем Молочинским, который погиб 6 апреля 1945 года во время штурма города-крепости Кёнигсберг. Он был похоронен в братской могиле в нынешнем поселке Чкаловске (пригороде Калининграда).
Только спустя долгие годы красные следопыты местной школы установили этот факт, и сразу же попытались разыскать семью погибшего Героя. Поиски осложнялись тем, что Молочинский родился и вырос в селе Ромашкине в Оренбургской области, потом учился в Ростове-на-Дону, отсюда ушел на фронт, а его родные и близкие после войны перебрались на Кубань, где их и разыскали следопыты.
При этом ни вдова Григория Федоровича, ни его дети и понятия не имели, что их муж и отец, во-первых, стал Героем Советского Союза, пусть и посмертно, а во-вторых, не знали места его последнего упокоения…
Со слезами на глазах вдова вчитывалась в строчки представления своего мужа к званию Героя: «Тов. Молочинский в бою 6.04.45 г. при штурме г. Кёнигсберга проявил мужество и отвагу. Будучи парторгом роты, он во время боя личным примером воодушевлял бойцов. Выбыл из строя командир роты, тов. Молочинский смело принял на себя командование и, невзирая на ураганный огонь противника, все время двигался вперед, огнем своего автомата уничтожая гитлеровцев. Когда рота под сильным огнем противника залегла, тов. Молочинский поднялся во весь рост с возгласом «Вперед! За Родину!» и бросился вперед к вражеским траншеям. Вся рота как один поднялась вслед за отважным парторгом, ворвалась в траншеи противника, выбила его из занимаемых позиций и уничтожила до 40 гитлеровцев».
О том, как сложился тот последний бой для Григория Федоровича, вдове и детям рассказали однополчане отважного парторга. «Он всегда был примером для бойцов роты, и в критическую минуту своим бесстрашием вселял в нас веру в победу. Когда брали вторую траншею, два станковых пулемета врага заставили залечь всю роту. В эту критическую минуту мы опять услышали голос парторга:
– Приготовиться к атаке! Гранаты – к бою! Вперед!
Забросав гитлеровцев гранатами, мы вслед за Молочинским ворвались в траншею. Где-то совсем рядом бил неприятельский пулемет. Старший сержант швырнул в него гранату, и опасная огневая точка противника замолкла. Враги заметили его, и к нему бросилось около 30 гитлеровцев. Молочинский, открыв огонь из автомата, уничтожил 12 фашистов. Однако остальные пытались взять героя живым. Парторг начал бить врага прикладом и уничтожил еще пятерых. Рота поднялась в атаку и выбила противника из траншей, истребив до 60 фашистов. Но помочь Григорию Федоровичу мы просто не успели, не хватило каких-то секунд…»
Красные следопыты школы вместе со своими учителями добились того, чтобы над могилой отважного парторга был установлен обелиск с указанием имени Героя. На его открытие съехались родственники Молочинского. Они от всей души поблагодарили пионеров за трогательную заботу об увековечивании памяти самого дорогого им человека.
А дальше была трогательная передача по Калининградскому телевидению, посвященная тому, как следопыты разыскивали родственников, как они приехали на открытие обелиска. А когда подрос внук Героя, его родители и бабушка на семейном совете решили: парень должен проходить срочную службу в Калининградском гарнизоне, местах, за которые сложил голову его дед.
Добиться подобного «распределения» в те годы было очень сложно. Тогда красные следопыты, учителя школы и руководство калининградского телерадиокомитета обратились в министерство обороны СССР с просьбой: разрешить внуку служить на Калининградской земле. После долгих согласований министерство обороны ответило согласием.
А на калининградском телевидении чуть позже был снят очерк: «Солдат – внук солдата», который не остался незамеченным. В фильме выяснились еще несколько интересных фактов. Так, дочь Молочинского Рита Григорьевна рассказала об отце: «Родился он в рабоче-крестьянской семье, было у них семь человек детей, но все: и родители, и шесть детей – умерли от голода, остался один отец. Его взял на воспитание дядя. Жилось ему плохо, учиться не пришлось, познавал науку сам. В 1930 году был призван в ряды Красной Армии. Там он вступил в Коммунистическую партию и, демобилизовавшись из армии, поступил заочно учиться в г. Ростов-на-Дону. После демобилизации работал в школе учителем на станции Двойной Ростовской области. С 1935 по 1941 год работал в школе-интернате хутора «3-й Коминтерн» Орловского района, куда его направили по окончании учебы в г. Ростове. В 1941 году ушел на войну».
И еще один рассказ однополчан хочется привести: «Молодые бойцы меж собой называли Молочинского «отцом», «батей», даже «стариком» и «дедом». А было Григорию Федоровичу всего тридцать четыре года, хотя выглядел он значительно старше: слишком суровый отпечаток наложила на него война, да еще более «прибавило» лет известие, переданное ему односельчанином, будто бы жена и дети его погибли от рук карателей. После войны выяснилось, что известие было ложным, семья Молочинского осталась в живых, но Григорию Федоровичу так и не довелось узнать правду…»
Он не узнал о том, что семья жива, они долго не знали, что он стал Героем. И все это называется судьба…

Read more on Григорий Федорович Молочинский...

Прекрасную испанку многие считали авантюристской. Наверное, доля правды в этом была, так как ей удалось завлечь в свои сети даже императора. Шарль Луи Наполеон не только сделал Евгению французской императрицей, но и прочно попал под её влияние.
Стоит отметить, что и сам племянник великого Наполеона не был чужд авантюризму и даже отсидел в тюрьме за попытку захватить власть во Франции. Но тогда высадка 32-летнего Луи с группой смельчаков в Булони была заранее обречена на провал. А вот своим остроумным побегом из тюрьмы он потом очень гордился.
Французская корона ему все-таки досталась, но значительно позднее.

Read more on Евгения де Монтихо...