Каталог статейТематические статьи по рубрикам в каталоге

Устав от Америки, Н.К. Судзиловский решил отдохнуть в забытом богом месте, где цивилизация не слишком докучает. Выбор пал на Гавайские острова, куда доктор и революционер перебрался в 1892 году.
Поначалу планы вроде бы осуществлялись. Белого плантатора, растившего кофе и лечившего местных жителей, канаки прозвали Каука Лукини – «добрый доктор» (по другим источникам фраза переводится как «русский доктор»). Но постоянно «отдыхать» скучно, тем более что и в гавайском раю не было никакого равенства, но, как и везде, существовало много проблем.
Имея богатый опыт политической борьбы, Судзиловский создает партию «независимых», выступающую против засилья американцев. В 1900-м успешно баллотируется на выборах и становится сенатором. А через год сенат избирает его президентом. Вместе с первым лицом республикой руководили еще три министра и четырнадцать членов государственного совета.
Долго удержаться у власти мятежному президенту не удалось. Проводить реформы в интересах коренного населения и противостоять экспансии США в те годы было нереальной задачей.
Очередная эмиграция. Сложив с себя президентские полномочия, Н.К. Судзиловский перебирается в Японию. Как и всегда, он не ищет покоя и использует все доступные методы для борьбы с угнетением и несправедливостью.
Авантюрный характер в то время проявился в полной мере. Доктор выкупает у японцев военнопленных, организует нападение китайских хунхузов на сибирскую каторгу. Даже пытается организовать отправку вооруженного десанта, сформированного из русских пленных на помощь первой русской революции 1905-го года.
Увы. Планам не было суждено сбыться. Но что интересно, в сложной ситуации снова проявились чувства настоящего патриота. В 1906 году во Владивостоке, в ходе солдатского восстания, был убит генерал Селиванов. Группе авантюристов достались бывшие при генерале планы укрепленного района острова Русский, значившего для Владивостока то же самое, что и Кронштадт для Петербурга.
Зная настроения и связи Судзиловского, бесшабашные «хозяева» документов обратились к нему в Нагасаки с завуалированным предложением продать бесценные сведения любому, кто пожелает выложить круглую сумму. Но Николай Константинович заявил, что «революционеры – враги русского правительства, но не народа, и народных интересов никогда и ни за какие деньги не продадут». А ценные военные документы вынудил сжечь.
Очередная страна – Филиппины. Судзиловский создает частную лечебницу в Маниле, усыновляет двух местных мальчиков-сирот, публикует статьи в газетах. Но тянет поближе к родине, и через пять лет он вновь переселяется. Сначала в Нагасаки, где женится третьим браком на своей служанке-японке, а в 1920 году – в китайский город Тяньцзинь.
С 1921 года Н.К. Судзиловский получал пенсию от советского правительства. Подумывал о возвращении, но предложения переехать вежливо отклонял.

Read more on Николай Судзиловский...

Сегодня Александр Масляков является культовой фигурой советского и российского телевидения. Он имеет большой авторитет у многих влиятельных личностей. Некоторые его немного боятся. Особенно игроки команд КВН. Все они знают, что если Александр Васильевич не в духе, то лучше лишний раз не задавать ему вопросов. Даже на сцене КВН все шутки, касающиеся ведущего, произносятся с особой осторожностью.
Как же достиг таких высот заслуженный деятель искусств РФ Александр Васильевич Масляков?
Учился юный Саша в обыкновенной Свердловской школе, и закончил её, кстати, с отличием. После школы Александр поступил на энергетический факультет Московского института инженеров транспорта. Почему именно туда? На этот вопрос Александр Васильевич и сам до сих пор не может найти ответа. Однако, благодаря именно этому институту, Масляков стал впоследствии ведущим самого, пожалуй, долгоиграющего шоу — КВН.
КВН не сразу стал КВНом.
В 1957 году, один из редакторов Советского телевидения, Сергей Муратов, познакомился с режиссером из Чехословакии Станиславом Страдом. Станислав рассказал, что ведет самую популярную в стране программу «ГГГ» — «Гадай, гадай, гадальщик». Так появилась программа «Вечер веселых вопросов». Первый выпуск этой передачи был разделен на 2 отделения – первое предоставили вести Богословскому и Лифановой, а во втором отделение ведущими были Альберт Аксельрод и Марк Розовский.
Сергей Муратов: «Это был дебют для всех. Игра шла не с командами, как позднее в КВНе, а со зрителями. Совершенно случайные люди вызывались на сцену при помощи разных трюков. Скажем, ведущий выстреливал в зал парашютиком — на кого опустится, тот выходит. Зрители впервые стали действующими лицами. И не только те, кто в зале, но и сидящие у телевизора». Но не всё шло так гладко, как хотелось бы. После одного курьёзного случая программу закрыли по «техническим причинам».
«Технический перерыв» продлился 4 года. В 1961 году на телевидении появилась новая молодёжная редакция, возглавляемая Еленой Гальпериной. Именно она и предложила возродить что-то вроде «ВВВ». Сергей Муратов, уже познавший, в то время, чем заканчивается подобный энтузиазм, поначалу отнекивался. Но Елена смогла убедить амбициозных парней в перспективности такой игры.
Сергей Муратов: «И мы собрались у Миши Яковлева на проспекте Мира. Опять втроем: Алик Аксельрод, Миша и я. Тогда и родился КВН. Нам хотелось, чтобы имя новой игры было сугубо телевизионным, а КВНом называлась тогда марка тогдашних телевизоров — солидных ящиков с крохотным экраном».
Дебют дуэта
Спустя 2 года ведущим КВН стал Александр Васильевич Масляков. В то время он ещё учился в Московском институте инженеров транспорта, куда поступил за компанию с приятелем. Заядлым КВНщиком Масляков тогда не был, но участвовал в разных студенческих театральных постановках. В январе 1963 года капитан команды МИИТ предложил Маслякову попробовать себя в роли ведущего. Отпираться Александр Васильевич долго не стал, так как любому нормальному человеку было интересно посмотреть на всю кухню телевидения.
По всем канонам Советского ТВ было принято, чтобы популярную программу вели обязательно двое – мужчина и женщина. В пару к Маслякову была утверждена Светлана Жильцова, которая, в то время, была уже довольно популярной ведущей. В стране сразу поползли слухи о том, что они муж и жена, и, на удивление, эти слухи присутствуют и по сей день. Виной тому, наверное, случайное совпадение: дело в том, что настоящую жену Александра Васильевича тоже зовут Светланой.
Телепередача выходила в прямом эфире и популярность у зрителей завоевала моментально. Во время трансляции улицы всей страны становились пустынными, как во время финального футбольного матча. Но то ли не любили партийные чиновники сильно популярных программ, то ли решили, что не стоит доводить до греха (многие шутки были на грани), и программу благополучно закрыли. На вопрос «почему?» редакторы эфира ответили, что игроки одной из команд появляются в эфире с усами и бородами (в то время председатель Гостелерадио СССР Сергей Лапин наложил запрет на появление в эфире людей с усами и бородами). Но все понимали, что кому-то просто помешали студенческие шутки, которые, справедливости ради, нередко затрагивали политическую сторону.

Read more on Александр Масляков...

Сегодня в «Летописи войны» мы поговорим о тех «воздушных извозчиках войны», которые подвергали себя наибольшей опасности. Речь идет о штурмовиках, которые, с одной стороны были весьма уязвимы для поражения (достаточно сказать, что до 1943 года звание Героя Советского Союза присваивалось летчикам, выжившим после 30 боевых вылетов), а с другой – были настоящим бедствием для войск вермахта. Не зря Ил-2 носил сразу несколько говорящих за себя названий: немецкие пилоты называли его «бетонный самолет» за способность переносить разрушительные повреждения. Наземные войска гитлеровцев при упоминании «Ил-2», вертели головами, заглядывая в небесную синь, и искали, где он: «мясник», «мясорубка», «Железный Густав» или «черная смерть».
…8 января 2008 года, ровно полгода назад, перестало биться сердце одного из самых храбрых пилотов Великой Отечественной войны – Героя Советского Союза, генерал-полковника авиации, лауреата Государственной премии Георгия Андреевича Кузнецова.
Это был отважный человек, о котором можно и нужно было рассказывать. Но так получилось, что в скорбный день на Троекуровское кладбище в последний путь Героя Советского Союза провожали не так много людей…
18-летний лейтенант врага не боялся...
Он прожил долгую и яркую жизнь. В 18 лет поступил в 19-ю военную авиационную школу пилотов, которую успешно окончил в 1942 году. Георгий рвался на фронт, но его направили в 1-й запасной авиационный полк. Правда, почти сразу же на базе полка было сформировано военное училище морской авиации, так что попутно Кузнецов продолжил образование, освоив Ил-2.
В октябре 1943 года, наконец, сбылась мечта юного лейтенанта – его направили в состав 8-го гвардейского штурмового полка, которым командовал Герой Советского Союза Николай Челноков. Это была легенда штурмовой авиации, достаточно сказать, что Николай Васильевич летал с 1928 года, и только за время командования полком лично потопил транспорт, сторожевой корабль, торпедный катер и две быстроходные десантные баржи гитлеровцев.
Не менее отчаянным был и командир эскадрильи, в которую попал Кузнецов, – гвардии капитан Николай Николаев – признанный мастер ударов по «точечным» целям, специалист не только по баржам, но и по сухопутным штурмовкам, где он неизменно проявлял изобретательность, смелость, точный и хладнокровный расчет.
До смерти четыре шага?
Рядом с такими асами становление гвардии лейтенанта Кузнецова прошло относительно быстро. А через три месяца молодого офицера… похоронили. Дело было так: во время поддержки десанта в районе Керчи один из «мессеров» прошил пушечной очередью пикирующий штурмовик Кузнецова и пробил бензобак. Кузнецов сумел развернуть пылающий самолет и полетел к своим. Но дотянуть не то, что до аэродрома, даже до наших десантников не сумел. Посадил Ил-2 прямо перед колючей проволокой, отделяющей немецкие и наши траншеи.
Между жизнью и смертью, как поется в песне, было четыре шага. Именно их сделали Кузнецов и его стрелок по крылу горящего штурмовика. А с крыла они перепрыгнули на нашу территорию. Как только стрелок оказался на земле, самолет взорвался…
Десантники отправили летчиков в госпиталь (оба были ранены). Но они удрали и решили отправиться в свою часть. Попутками почти добрались до цели, оставалось только заснеженное поле. Рванули по нему, и только на середине пути обнаружили табличку: «Осторожно, мины!» Как они остались живы – сразу осознать не смогли…
Еще меньше ожидали увидеть экипаж живым летчики их 8-го гвардейского штурмового полка. Они уже даже успели выпить фронтовые 100 грамм за помин души Кузнецова. А комэска, обнимая своего лейтенанта, сказал: «Жить будешь долго, Жорка! Мы уже и похоронку родным собрались посылать…».
В 1944 году полк перебросили с Черного моря на Балтику. К тому времени «ценз» на присвоение звания Героя составлял уже 80 боевых вылетов, а Кузнецов «только» 66 раз атаковал противника. Но главное – он находился в строю.
31 июля 1944 года Георгий по праву считал своим третьим днем рождения. В тот день он в составе боевой группы участвовал в штурме гитлеровской флотилии в Нарвском заливе. Ему удалось потопить сторожевой корабль. Но на выходе из атаки случилась беда: вражеский зенитный снаряд перебил маслопровод двигателя «Ил-2». Заклинило мотор, и пришлось идти на вынужденную посадку, на воду. Летчик и стрелок-радист едва не погибли. Фонарь кабины заклинило, и только с нечеловеческими усилиями Кузнецов выбрался наружу, когда самолет уже начал погружение в воду. Да спасибо, что спасательные жилеты оказались без брака. А через несколько часов из балтийской воды их подобрал гидросамолет.
Первый свой фронтовой год гвардии старший лейтенант Георгий Кузнецов отметил достойно. К тому времени на его счету был 101 боевой вылет, лично потопил 15 кораблей противника, уничтожил десятки орудий, танков, автомашин, сотни гитлеровцев. И не случайно он был представлен к званию Герой Советского Союза. Жаль только, что к тому времени не вернулся с боевого задания гвардии капитан Николаев, он погиб еще 18 июня 1944 года. А командир полка Николай Челноков стал дважды Героем Советского Союза. Кстати, именем Челнокова названа одна из улиц Калининграда…
Его звали Батя
Но вернемся к Кузнецову. До конца войны он еще 21 раз вылетал на штурмовку, увеличив свой боевой счет уничтоженным фашистам. 3 июля 1945 года ему исполнилось 22 года, и впереди была долгая жизнь, как и предсказал когда-то Николай Николаев. Георгий решил остаться в армии. Служба вместила в себя и учебу в Военно-воздушной академии, и в академии Генерального штаба, и командование авиационным полком и большими авиационными объединениями. В течение 8 лет Георгий Андреевич возглавлял ВВС Краснознаменного Северного флота. Молодые летчики звали его Батей...
Боевой китель генерала украшали два ордена Ленина, орден Октябрьской Революции, шесть орденов Красного Знамени, ордена Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени, Трудового Красного Знамени, два ордена Красной Звезды, орден «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й степени, всего 15 орденов.

Read more on Георгий Андреевич Кузнецов...

В конце января нынешнего года как-то очень незамеченным прошел 105-летний юбилей со дня рождения Сергея Александровича Бондарина, человека, который в 30-е годы прошлого столетия подавал большие надежды и даже удостоился письма Алексея Максимовича Горького, в котором пролетарский писатель советовал талантливому журналисту стать в будущем автором воспоминаний. Тем более, что Бондарин вырос в литературной среде, стал ее плотью и кровью…
Школа Бабеля
Он родился 27 января 1903 года в Одессе, году в двадцатом случай свел его с Исааком Бабелем, который жил в квартире этажом выше от бондаринского приятеля Доли. И именно Бабелю-младшему два вчерашних гимназиста впервые принесли свои произведения. Доля вполне мог рассчитывать на успех, он писал, как ему казалось, ярко, просто и все, что видел своими глазами. У Бондарина же была другая «стезя». Его волновали образы вечные, а произведения назывались слишком нетривиально: «О том, как это было, или Изгнание из рая», «Огненные языки Апокалипсиса» и тому подобное.
Бабель внимательно прочитал эти наивные произведения двух молодых людей и сказал примерно так: вначале нужно соприкоснуться с жизнью, а уж потом ее описывать. И спустя несколько дней тайно удрал из дома на Польский фронт, где конница Буденного начала свой знаменитый поход…
Тогда же, в начале 20-х годов, спонтанно возникли «Коллектив поэтов», в котором так или иначе отметилась золотая пишущая одесская молодежь: Илья Ильф, Евгений Петров, Константин Паустовский, Юрий Олеша, и «Коллектив художниц», состоявший из квартета очаровательных девушек. Именно их «начинающий седеть» Эдуард Багрицкий называл «валькириями». Две из них навсегда связали себя с одесской «литературной школой» – Мария Николаевна Тарасенко стала женой Ильи Ильфа, а Генриетта Савельевна Адлер – супругой Сергея Бондарина.
В Москве зацепиться удается не всем
Но до этого было еще далеко. А пока два неразлучных друга – Семен Гехт и Сергей Бондарин пришли к Исааку Бабелю просить «рекомендательные письма». Впрочем, их впору назвать записками. Благодаря Сергею Александровичу, который сохранил их для потомков, мы можем восстановить их содержание. Итак, Бабель написал:
Лившицу: «...совершенно бесшабашные ребята – одесские поэты Гехт и Бондарин. Они без царя в голове, но не без дарования. Помоги им, чем можешь».
Нарбуту: «Я их люблю, поэтому и пишу им рекомендацию. Они нищи до крайности. Думаю, что могут сгодиться на что-нибудь».
И, наконец, Кольцову: «Вот Гехт и Бондарин. Их актив: юношеская проворность и талант, который некоторыми оспаривается. В пассиве у них то же, что в активе. Им, как и пролетариату, терять нечего. Завоевать же они хотят прожиточный минимум. Отдаю их под вашу высокую руку».
Они едут покорять Москву, но судьба их вскоре разводит. Гехт остается в столице, где снимает комнату вместе с Ильей Ильфом, а Бондарин возвращается в Одессу. Оба безнадежно влюблены в «валькирию» Генриетту. Но Сергею везет больше, чем Семену – в конце концов, «Женя», как он ее называл, становится его женой…
А нищими до крайности они остаются и позже. Литературный труд редко кого делает богатым. Только эдельвейсы растут на вершинах гор, остальные до заоблачных высот не поднимаются…
В час тяжелых испытаний
Бондарин мотается по стране. Служба в Красной Армии, Днепрострой, Магнитка, первые успехи Тихоокеанского флота, строительство Московского метро – свидетелем и непосредственным участником этих ярких страниц истории страны Сергей Александрович становится сполна. А еще он по крупицам собирает архив: письма, записки, наброски. И не столько свои, сколько тех, с кем свела его судьба. Как я уже сказал, он сумел сохранить несколько записок Бабеля, а ведь это было очень небезопасно: архив самого Бабеля уничтожили при его аресте в 1939 году.
С началом Великой Отечественной войны Бондарин призывается в армию. Его место службы – политуправление Черноморского флота. Во время командировки в осажденную Одессу Сергей Александрович не узнал свой город – он был настороженный и опустевший, только героические защитники города старались как можно лучше подготовиться к боям…
Участвовал Бондарин в обороне Севастополя. Тайком от боевых товарищей вел предельно честный дневник, стараясь ухватить всякую суть каждого фронтового дня. До поры до времени ему удавалось сохранить секрет, но вскоре после начала 1944 года, кто-то все-таки «настучал».
В марте 1944 года Бондарина отпустили на несколько дней домой. И едва ли не на второй день за ним пришли. Трое в фуражках с малиновыми околышами. Через некоторое время состоялся суд. Сергей Александрович был осужден за «сомнительные знакомства, взгляды и разговоры». Поскольку органы госбезопасности были уверены в том, что писатель еще перед арестом уничтожил все компрометирующие документы, обыска решили не проводить. Это облегчило его участь: он получил «всего» восемь лет лагеря и ссылку.
До 1952 года отбывал наказание в Мариинске Кемеровской области, затем в Тайшете Иркутской области, и наконец ночным сторожем в Каракалпакии. Писал стихи, несколько из которых сохранила Генриетта Адлер. Я хочу привести только одно:
Звезда играет над тайгою,
Над снежно-искристой землей, –
Воспоминанье дорогое –
О чем? И точно ли – зимой?
Да! Драгоценное, живое
Очарованье навсегда:
Пахучая – с мороза – хвоя,
Снег, Вифлеемская звезда…
Волхвы… Прости кощунство, Боже, –
Каким волхвам, кому повем? –
Скажи: Ты на Голгофе тоже
Сквозь слёзы видел Вифлеем?
…Звезда Халдеи над тайгою,
И над снегами, в звёздах, – ТЫ…
Ты, Боже, Ты!.. Кто б мог такое
Излить сиянье красоты!
Лагеря не сломали Бондарина. Он пишет военную прозу: «Мы идём в десант» (1955), «Ваня Золушкин» (1957), рассказы. Но самое ценные его произведения – воспоминания о друзьях молодости, очень колоритные одесские зарисовки, севастопольские дневники. Воспоминания о писателях он назвал так – «Гроздь винограда». И пусть о Бондарине нынешнему поколению молодежи известно не очень много – но начинающим журналистам есть чему поучиться у Сергея Александровича.

Read more on Бондарин Сергей Александрович...

Судьба бывает жестока и отпускает слишком мало лет жизни подлинным талантам. Федор Васильев должен был вырасти в талантливейшего пейзажиста, но ему было отпущено всего 23 года жизни. Даже за столь короткий срок, когда другие только учатся азам живописи, он успел написать картины, вошедшие в золотой фонд российского искусства.
Федор родился 22 февраля 1850 года в небольшом городке Гатчина под Петербургом в семье мелкого чиновника Александра Васильева. Точнее, он был внебрачным сыном, так как в то время его родители еще не обвенчались. Вскоре семья перебралась в столицу, но жизнь её от этого лучше не стала. Отец часто пил, а деньги, которые не успевал пропить, проигрывал в карты. Чтобы как-то поддержать семью двенадцатилетний Федор пошел работать на почтамт, а затем устроился помощником писца в Адмиралтейство. Он страстно любил рисовать, но времени для любимого занятия катастрофически не хватало.
В 1865 году окончательно спившийся отец умер, и в 15 лет Федор стал главным кормильцем семьи: матери, старшей сестры и двух младших братьев. Чтобы быть ближе к любимому делу, Васильев устроился учеником реставратора в Академию художеств, а по вечерам стал заниматься в Рисовальной школе Общества поощрения художеств. Одаренный ученик быстро обратил на себя внимание художников. Юношу взял под свою опеку уже известный пейзажист Иван Шишкин, незадолго до этого вернувшийся из заграничной пенсионной поездки.

Read more on Федор Васильев...

30 июня 1953 года, 55 лет назад, в латышской Юрмале во время летнего отдыха скончался знаменитый советский кинорежиссер и теоретик кино, народный артист СССР Всеволод Илларионович Пудовкин. Эта смерть была тем более неожиданной, что за четыре месяца до этого Пудовкин отметил свое 60-летие и собирался жить и жить. Он чувствовал себя превосходно, играл в большой теннис, с легкостью завязывал курортные романы, пользуясь особым вниманием женщин отнюдь не только бальзаковского возраста. Незадолго до приезда в Юрмалу он вдоволь наплавался на Черном море и просто решил сделать передышку на спокойном «бархатном» балтийском взморье. Все было как всегда: пляж, солнце, собирание янтаря после шторма. Необременительные отношения с курортницами. И вдруг… инфаркт. Сердце свое износил, вот оно и не выдержало…
До Риги Всеволода Илларионовича довезти так и не успели. «Скорая помощь» приехала слишком поздно…
Калейдоскоп талантов
Это был уникальнейший человек не только для своего времени. И, право, жаль, что за эти 55 лет после кончины Пудовкина о нем постепенно забывают. Между тем, никто так мастерски не мог заставить «кричать тишину» в немом кино, как Всеволод Илларионович. Возьмем его знаменитый фильм по роману М. Горького «Мать». Как заставить зрителя понять, что по ходу действия установилась тишина? Кинорежиссер нашел удивительный ход: он крупным планом показал падающие капли. И в самом деле, стук капель можно услышать только тогда, когда все замерло.
Или другая его находка – сравнение революционной весны с половодьем. Пудовкин смонтировал кадры первомайской демонстрации с кадрами весеннего ледохода. Как весна гонит по рекам крупный лед, так невозможно остановить революционное пробуждение масс. Новые идеи, борьба за свои права – взламывают прежнюю жизнь, как весенние лучи солнца многометровые льдины. И уносятся эти серые остатки по бурной воде в студеное море. И никто не в силах помешать этому процессу.
Весна была самым любимым временем года. И не случайно. Сева родился 28 февраля 1893 года в Пензе в семье местного коммивояжера Иллариона Пудовкина. Его отец был хватким малым. Вдоволь хлебнувший нужды и лишений, крестьянский парень из многодетной семьи еще в подростком был отдан в приказчики к богатому лавочнику. Постигал науку торговать через постоянные взбучки, зуботычины, унижения. Но имел зоркий глаз, подмечавший все мелочи, которые могут ему пригодиться в будущем. Одним словом, имел светлую голову.
Женился не сразу, выбирал невесту побогаче, чем сам. И в общем-то, не прогадал – уже через четыре года после рождения Севы его родители перебрались в Москву. И денег на образование сына никогда не жалели. И кто в гимназии мог сказать, что дед этого разностороннего мальчишки обычный крестьянин из Пензенской губернии? У Севы все получалось на ходу – и математические задачки щелкать, как семечки, и физические опыты ставить, и химические реактивы смешивать в пробирке, наблюдая за невиданной реакцией, и даже пьесы писать. Еще он пробовал рисовать и играл на скрипке. А от телескопа его нужно было просто за уши оттаскивать: наблюдение за звездами стало любимейшим занятием подростка.
Возможно, он бы стал вторым Циолковским, кто его знает? Но вмешалась война. Убийство эрцгерцога Фердинанда Гаврилой Принципом бросило в окопы первой мировой миллионы людей. Мог ли откреститься от фронта талантливый 21-летний Сева Пудовкин? К тому времени он был студентом отделения естественных наук физико-математического факультета МГУ и имел право продолжить учебу. Но он рассудил по-своему: ушел на фронт добровольцем.
В плену времени зря не терял...
Его определили в артиллерию, отправили на запад, в армию Ранненкампфа. Пудовкин сражается сравнительно недалеко от нынешнего Калининграда, на северо-востоке Польши, в Мазурских болотах. Во время одного из боев осколки немецкого снаряда впиваются в руку, но еще хуже – русские солдаты бегут с поля боя, оставляя молодого человека на чужой территории. Так он попал в плен, и случилось это в январе 1915 года.
Через некоторое время Всеволод оказался в лагере для военнопленных неподалеку от города Киля. Голод и холод делают свое черное дело – сил остается все меньше и меньше. Но, узнав, что он по специальности физик, химик и математик, немцы отправили его на работу в химическую лабораторию сахарного завода. Для кого-то сахар – белая смерть, а для Севы он стал единственным спасением от смерти…
В лагере томились не только русские, но и англичане, французы, поляки. Пудовкин, чтобы не свихнуться с ума от лагерной жизни, общаясь с товарищами по несчастью, изучил четыре иностранных языка. Это умение разговаривать на немецком, английском, французском, польском, всегда было предметом зависти его товарищей по киноцеху. И я ловлю себя на мысли: как мы сегодня ленивы. И два-три языка для многих препятствие, лень-матушка съедает, неужели нужно попасть в плен, чтобы научиться изъясняться по-европейски?
Фосген кинематографу не помеха...
Из плена Пудовкин сбежал только спустя почти четыре года, поздней осенью 1918 года. Германия тогда была беременна революцией, так что за пленными особо не присматривали. Оказавшись в Москве, он понимает, что страна теперь совершенно другая, надо находить себя в новой жизни. Он начал по-скромному, делопроизводителем в военкомате, и только спустя некоторое время находит себе работу химиком на заводе, страшно вымолвить, «Фосген». «Сенной газ» смертельно опасен, обладает удушающим действием. Но Всеволода это совершенно не смущает…
А в 1920 году молодой человек навсегда оставляет химическое производство и поступает в первую государственную школу кинематографии (ныне – ВГИК), мастерскую В.Р. Гардина.
Нет, наверное, нужды рассматривать каждый шаг нашего героя. Достаточно сказать, что и в кинематографии он был достаточно разнообразен. Если первый фильм, который снял Пудовкин в 1925 году, назывался «Шахматная горячка», то уже следующий, в 1926 году – «Механика головного мозга». Чувствуете ширину размаха?
В том же году Пудовкин вместе со сценаристом Натаном Зархи и оператором Анатолием Головней создают свой шедевр «Мать». Но он вряд ли бы получился, если бы мастерство каждого из этого трио.
Вот что писал о своей работе с Всеволодом Илларионовичем Анатолий Головня: «Оператор не может быть профессионалом, если он не понимает особенности режиссерской работы с актером. Я всегда должен точно знать, что хочет режиссер от актера, чего добивается, на что способен актер в каждой сцене, в каждом кадре… Нужно быть соавтором режиссера и актера, своими средствами решать общие наши задачи, но прийти к такому взаимопониманию непросто. Но оператор не только исполнитель режиссерской воли. Его поиски в области изобразительного решения фильма, его находки и предложения, его, если хотите, новаторские устремления обогащают не только операторскую работу, но дают необходимую пищу и для творчества режиссера. Все предельно взаимосвязано, и совершенно неважно, у кого первого возникла какая-то новая и интересная мысль – такое взаимопонимание всегда ведет к хорошим результатам…»
На волне успеха картины «Мать», они сняли новый фильм – «Конец Санкт-Петербурга». И опять зрителей поразил масштабность картины. В этом компоненте Пудовкину не было равных. Кинокритики оценили и мастерство актеров, которые, казалось, прыгнули выше головы…
Авария, перевернувшая жизнь...
Кстати, этот режиссер был очень внимателен к актерам. Он старался в каждом из них увидеть сильные и слабые черты характера, а потом развивал первые, стараясь избавить человека от вторых. И даже став всемирно известным, Всеволод для многих оставался «своим парнем», никогда не кичился славой, стараясь вести себя как отзывчивый и добрый друг.
…В 1935 году троица: Пудовкин – Зархи – Головня задумали снять новый фильм: о летчиках. Авиация тогда развивалась бешенными темпами, народ был буквально одержим полетами. Это была эпоха Чкалова, Каманина, Водопьянова. Задумка родилась после героической эпопеи со снятием со льдины экипажа ледокола «Челюскин» весной 1934 года. Но, пожалуй, впервые, Пудовкин почувствовал, что при всем многообразии фактуры, ему не хватает «строительных кирпичиков», чтобы выстроить яркие, запоминающие характеры. Всеволод отправил Головню в Ейскую школу летчиков, чтобы он на практике «схватывал» недостающие черты, а сам с Зархи засел на даче в Абрамцева и работал над сценарием.
18 июля они решили приехать в Москву. У Пудовкина была собственная машина (редкость для тогдашней столицы), он посадил Натана рядом, на переднее место пассажира, и они рванули по шоссе. Пудовкин был опытным водителем, но иногда любил лихачить. Как развивались события на трассе – сегодня установить сложно. Но случилась авария. Пудовкин отделался легкими ранениями, а Зархи погиб.
Всеволод Илларионович был настолько потрясен смертью друга, что какое-то время совсем перестал общаться с людьми, сценарий дописывал его тезка Всеволод Вишневский. А фильм вышел на экраны только в 1938 году…
Историк российского кино
Дальше Пудовкин был вынужден обратиться к историческим фильмам, которые принесли ему награды. Картина «Минин и Пожарский» (1939), отмечена Государственной премией СССР в 1941 году; «Суворов» (1941) остался без премии, не до того было — немцы под Москвой стояли; зато два других фильма «Адмирал Нахимов (1947) и «Жуковский (1950), тоже были отмечены Госпремией СССР.
Запомнились зрителям и такие картины, как «Во имя Родины» по пьесе К. Симонова «Живые люди», «Пир в Жирмунке». Последней киноработой режиссера стал фильм «Возвращение Василия Бортникова» по роману Галины Николаевой «Жатва».
У Пудовкина были большие творческие планы. Когда-то, в 1939 году, у него была возможность экранизировать роман Льва Толстого «Анна Каренина», но перед войной нужны были патриотические фильмы, так что режиссер сказал: «Толстой подождет…»

Read more on Всеволод Илларионович Пудовкин...

Маруся выходила замуж не по своей воле. Родственники торопились пристроить 16-летнюю невесту за «удачного» жениха, инженера Михаила Свешникова. Не молод, почти 50 лет, зато скромен и уважителен. Его кандидатура всех устраивала. Особенно старших сестер Марии, Евгению и Александру, которые все никак не могли найти себе женихов.
Обе были крупного телосложения и чрезвычайно невыразительные на лица. Мария их всегда раздражала. Невысокая, стройная блондинка с голубыми глазами. Вся в мать, такая же красавица! К тому же, как оказалось, талантливая. Хорошо поет, пишет стихи…
Мария Пуаре родилась в Москве 4.01.1863 года (145 лет назад), она была 7-м ребенком в семье. Убежать из дома Маруся мечтала еще в детские годы. Ее мать, Юлия Андреевна Тарасенкова, дочь фабрикантов, торгующих сукном, умерла, едва Марусе исполнилось восемь лет. Отец, Яков Пуаре, француз, основавший в Москве школу гимнастики и фехтования, погиб на дуэли несколько лет назад.
Теперь Марию больше никто не мог удержать здесь. Да и дядя, живший в их семье, настаивал на браке племянницы. Он был с самого начала против поступления Марии в консерваторию, где она мечтала учиться пению. Но у девушки, к счастью, был неуступчивый и упрямый характер. На доводы старого мужа, который поддерживал во всем родственников жены, Мария только хмурилась и требовала не просить от нее невозможного.
Дядя и муж говорили что, если Мария не станет их слушать, то лишат ее положения в обществе (которого к тому времени она и так еще не имела), приданого (за ней дали 10 тысяч рублей!) и даже отправят… в сумасшедший дом. Молодая женщина не находила себе места от возмущения, она то плакала, то смеялась. Но родственники не шутили. И очень скоро это юное и неопытное в житейских делах создание очутилось в больничной палате с остриженной головой. Впоследствии освободиться из этого ада ей помог брат подруги, известный в Москве антрепренер Михаил Валентинович Лентовский. Он ласково называл Марию «Лаврушка», а она от стыда за свой «наряд» расплакалась…
В театре Лентовского Мария Пуаре (сценический псевдоним «Марусина») играла 10 лет. Она с блеском выступала во всех оперетках. Была на сцене живой и веселой, лихо пела, сводя с ума своих поклонников. Мог ли он тогда предположить, что его «Лаврушка», став богатой и известной, будет поддерживать его материально до конца жизни, не жалея ни денег, ни своих дорогих украшений.
Вскоре на страницах газеты «Новое время» были напечатаны ее первые стихи. Мария радовалась этому, как ребенок. А в Царском Селе Марию Пуаре как исполнительницу романсов восторженно принимала публика. Мгновенно становится известным ее романс «Лебединая песнь». К тому времени Мария Яковлевна уже играла на сцене Александрийского театра. Ей 35 лет, она полна надежд и желаний. Это было самое замечательное время в ее жизни. Мария влюблена. Ее поклонник — князь Павел Дмитриевич Долгоруков. Они оба умны, красивы.
В 1898 году Мария Пуаре родила дочь Татьяну. Единственное, что омрачало ее жизнь, это невозможность выйти замуж за князя. Ее бывший муж не давал согласия на развод. Мария сама едет к нему, уговаривает его, но он неумолим. Старик Свешников, поселившейся в скиту, недалеко от Троице-Сергиевской Лавры, предлагает Марии Яковлевне записать дочь на свою фамилию. Татьяна лишь унаследовала отчество родного отца, которое Пуаре попросила вписать в метрику девочки при крещении.
Спустя 10 лет, отношения у Марии Пуаре с князем становятся натянутыми, нет прежней любви и тепла. Мария с дочерью переезжает в Москву. Она мечтает создать свой театр. Но у Марии Яковлевны не было нужной хватки для такого дела, верного и деятельного помощника, как Лентовский. Она поступает в Малый театр и продолжает участвовать в концертах. Мария Пуаре пела романсы, в том числе собственного сочинения. Среди них романс «Я ехала домой, я думала о Вас…» (1901 г.). Романс подхватывают другие певицы, и вот он уже популярен.
Ей хочется что-то делать, действовать. Мария чувствует дыхание нового времени. С благотворительными концертами она едет на Дальний Восток, где идет русско-японская война (1904—1905 г.). Успевает писать стихи и корреспонденции. В 1904 году Мария возвращается в Москву с большим желанием выступить перед публикой с новыми стихами.
Совсем скоро судьба пошлет Марии Яковлевне новое испытание. В Москве она познакомилась с графом, членом Государственной думы, состоятельным помещиком, Алексеем Анатольевичем Орловым-Давыдовым. Ей казалось, что она влюблена. А может, приближающееся одиночество волновало ее… Бывший муж Марии к тому времени умер. Орлов-Давыдов ушел от жены, баронессы Де Стааль, оставив троих детей. К несчастью, его сын и будущий наследник всего состояния был серьезно болен. Мария обещает родить ему наследника. Ей 50 лет, но граф верит в ее фантазии. И однажды она объявила супругу, что ждет ребенка…
Маленький Алексей, названный так в честь отца, появился на свет к приезду графа из длительной командировки. Только узкий круг людей знал, что Мария Пуаре взяла ребенка в одном из приютов. Но покой в их семье был недолгим. «Добрый» человек выведал тайну Марии Яковлевны и стал шантажировать то графа, то графиню, требуя взамен молчания денег.
Многие исследователи странной судьбы певицы писали, что это был некий статист Карл Лапс. Якобы, он впоследствии склонил графа начать дело в суде против супруги. Задолго до суда Орлов-Давыдов шептал жене: «Маша, не волнуйся. Все будет хорошо. Я не пожалею для этого ни денег, ни связей». И она, как всегда, наивно поверила.
И вот настал это злополучный день. Когда она подходила к зданию суда, услышала слова: «Мы вас любим! Мы с вами!» Но Мария Пуаре только низко опустила голову. Но тут послышался свист, и совсем рядом раздался чей-то хриплый голос: «Аферистка! Ишь ты, графиня Маруся! На миллионы позарилась!»
Узнав, что истцом по ее делу является граф Орлов-Давыдов, Мария Пуаре едва не потеряла сознание. Она почти не слышала, о чем говорили в зале. Мария Яковлевна не могла поверить, что супруг при всех называл ее «авантюристкой, выскочкой, пожелавшей пролезть в высшее общество!» Тут же напомнил, что первый муж ее в сумасшедший дом отправил за несносный характер. Мария, не обернулась на его слова, она будто окаменела. Только подумала о том, что никогда не стремилась к богатству, ее не привлекали его титулы. Она хотела любви, счастья… В итоге длительного разбирательства суд оправдал Пуаре, а ребенка взяла себе его родная мать, крестьянка Анна Андреева.
Кто знает, сколько бы еще судачили об этом скандальном случае в городе, если бы не события 1917 года, изменившие жизнь участников этой драмы. Бывший супруг Марии Пуаре, Орлов-Давыдов, бежал за границу. В 1927 году был расстрелян Павел Долгоруков. Петербургскую квартиру Марии Пуаре большевики превратили в руины. В пенсии бывшей артистке Императорских театров, да еще и графине Орловой-Давыдовой, отказали.
Спустя какое-то время по ходатайству В. Мейерхольда, Л.Собинова и Ю. Юрьева Марии Яковлевне все-таки назначили персональную пенсию. Она переехала в Москву. Мария Яковлевна Пуаре в свои 70 лет не роптала на жизнь. Она, живя в нищете, продавала чудом сохранившиеся безделушки, кое-какие вещи, чтобы купить продукты и любимый Пуаре кофе, который она всегда пила из фарфоровой чашечки.

Read more on Мария Пуаре...

В этой женщине было что-то демоническое. Какая еще женщина может похвастаться, что из-за неё монарх лишился трона, было распущено правительство и закрыт университет, а уж мужчин, сошедших из-за неё с ума или сведших счеты с жизнью и подсчитать трудно. За ней всегда следовал шлейф слухов и сплетен. Она не успела побывать только в Антарктиде, все остальные континенты были ею покорены.
О Лоле Монтес написаны книги и сняты фильмы, но в её биографии столько тумана, что отделить правду от вымысла очень трудно. В своих воспоминаниях она утверждала, что её предками по матери были испанские графы Парис-и-Монтес, хотя по другой версии её мать родилась в результате случайной связи обычной трактирщицы и проезжего дворянина. А вот по отцу Лола точно была ирландской дворянкой. Английский офицер Джон Джилберт соблазнил пятнадцатилетнюю девушку, её будущую мать, и увез с собой в полк.
В феврале 1821 года у молодой четы родилась дочь, получившая при крещении имя Элизабет Розанна. Вскоре Джона отправили служить в Индию. В далекую страну с ним отправилась и жена с маленькой дочерью. Экзотическая Индия встретила приехавших буйством природы, удушающей жарой и болезнями. Уже через месяц Джилберт подхватил холеру и упокоился на английском военном кладбище.
Молодая вдова не могла долго горевать: надо было выбираться из Индии или обживаться на месте. Она выбрала последнее, благо на нее обратил внимание бравый вояка, бывший командир её мужа Джеймс Крейги. Вскоре они сыграли скромную свадьбу, а Элизу вместе с возвращающейся на родину семьей одного из офицеров на попутном корабле отправили к родственникам Джеймса в Шотландию.
Нелегкие годы жизни в чужой для неё семье, а затем в пансионе для девочек Элиза вспоминать не любила, видимо, обычных детских радостей у неё в тот период было маловато. Когда девочка подросла, она пошла по стопам матери: побег из пансиона с лейтенантом Томасом Джеймсом в Ирландию, венчание, а через год -долгий путь в Индию.
Молодая красавица, чем-то похожая на индуску, блистала в светском обществе Калькутты. Её деятельной натуре было мало общества британских колониальных чиновников, офицеров и их жен, и она начала обучаться индийским танцам. Врожденная музыкальность и артистизм позволили ей быстро добиться заметных успехов. Необычное увлечение мисс Джеймс только добавило ей поклонников, одним из которых стал лорд Леннокс.
Индийский климат «утомил» Элизу и она отправилась в Англию навестить родных. На корабле у неё «случайно» оказалась общая каюта с молодым лордом. Не расстались они и в Англии. Доброхоты известили Джеймса об увлечении жены, и с очередным кораблем из Индии для Элизы пришли не деньги от любящего супруга, а письмо с требованием развода.
Ветреная красавица не стала ждать хлопотных процедур развода, а отправилась в Испанию, где в Севильи стала обучаться местным искрометным танцам. Ученица оказалась способной, сказалась школа индийских танцовщиц, и вскоре вместо мисс Джеймсон «появилась» испанская танцовщица Лола Монтес. Пора было покорять старушку Европу. Возвращающийся на родину британский консул лорд Малмсбери, покоренный красавицей Лолай, взял её с собой, благо, консульская каюта позволяла разместиться с удобствами.
В июне 1843 года Лола Монтес дебютировала в Лондоне на сцене Королевского театра. Зрители были потрясены и покорены. Зажигательные испанские танцы, сдобренные эротичными телодвижениями востока, вызвали бурю восторгов. Но долго оставаться в Англии Лоле было нельзя, в испанской танцовщице узнали Элизу Джеймс, назревал скандал.
Пришлось отправиться на континент. Впоследствии она напишет об этом периоде в своих воспоминаниях: «Я пришла к выводу, что мне надо подцепить какого-нибудь принца». А где в Европе больше всего князей и принцев? Несомненно, в Германии. Уже к концу лета Лола с успехом танцевала в Дрездене, а осенью ей рукоплескал Берлин. В то время в Берлине был с визитом русский император Николай I, которого заинтересовала красавица-испанка. Но, видимо, императора проинформировали, кем является Лола на самом деле, так как её гастроли в Варшаве (Царство Польское входило тогда в состав Российской империи), закончились, практически не начавшись. Лолу просто выслали. Высылали её из разных стран и городов неоднократно, так как гастроли мнимой испанки часто сопровождались скандалами.
Но она была, несомненно, талантлива, не зря же ею восхищались композиторы Вагнер и Лист, писатели Дюма, Бальзак и Теофиль Готье. Один из лучших театральных критиков Франции Александр Дюжарье погиб из-за Лолы на дуэли, правда, успел составить завещание на её имя. После его смерти Монтес пришлось срочно покинуть Францию. Она отправилась в Баварию, где правил король Людвиг I, прослывший театралом и любителем молоденьких актрис.
Существует несколько версий того, как Лола смогла познакомиться с монархом и влюбить в себя короля, которому уже было под шестьдесят лет. Не столь важно, как это произошло, главное, своего она добилась. Сохранилось письмо влюбленного Людвига к другу: «Я могу сравнить себя с Везувием, который считался потухшим и вдруг начал свое извержение. Я охвачен чувством любви, как двадцатилетний юноша. Я почти потерял аппетит и сон, кровь лихорадочно бурлит во мне».
В центре Мюнхена король построил любовнице прекрасное здание, где она открыла свой салон, дал ей титул графини Ландсфельд. Но времена, когда короли в Европе могли безнаказанно сумасбродить, уже прошли. Из-за скандального поведения Лолы «взбунтовался» кабинет министров, направивший монарху коллективное мнение: «Сир, из-за вашего решения даровать госпоже Монтес дворянство страна оказалась в трудном положении. Уважение к трону и власти ослабевает, со всех сторон слышатся насмешки в ваш адрес». Министры явно не ожидали, что влюбленный король отправит «зарвавшийся» кабинет в отставку. А когда возмущенные решением короля студенты вышли на демонстрацию, король принял радикальное решение — на год закрыл университет.
Только когда народ осадил дом королевской любовницы, а в Мюнхене начались массовые беспорядки, король вынужден был издать указ о высылке Лолы Монтес из страны. Но остановить народные выступления, которые быстро переросли в антимонархические, Людвиг I уже был не в состоянии. Пришлось отречься от престола.
Лола горевала недолго. Летом 1849 года она вышла замуж за англичанина Джорджа Траффорда Хилда, но вскоре оказалась арестованной за двоемужество, ведь первый брак у неё так и не был расторгнут. Благодаря деньгам, которые ей периодически присылал влюбленный экс-король, весной 1850 года она смогла внести залог и, не дожидаясь суда, уехать из Англии. В Европе звезда Лолы практически закатилась, скандалы сделали свое дело, и Монтес отправилась покорять Америку.
Надежды на успех в Америке не оправдались, какие-то средства концертами и выступлениями с рассказами о своей бурной жизни она зарабатывала, но вести привычную жизнь, соря деньгами, уже не могла. Лола отправилась в Сан-Франциско, где «золото гребли лопатой». Золотоискатели с удовольствием аплодировали красивой танцовщице, но золотые самородки к её ногам бросать не спешили. Пришлось ненадолго сходить замуж за журналиста Патрика Халла.

Read more on Лола Монтес...

12 мая 1923 года, 85 лет назад, в селе Песчаном Рязанской области в обычной крестьянской семье Зубковых родился сын, которого назвали Валентином. Он мечтал стать строителем, строить новые города, но в эти мечты внесла свои коррективы война. 18-летний юноша рвался на фронт, но в военкомате, бегло посмотрев в его умные глаза, решили, что Зубкова негоже отправлять в пехоту: так он оказался в армавирской авиационной школе, где осваивал профессию истребителя.
В сентябре 1942 года армавирская школа была перебазирована в Фергану. Здесь, в Средней Азии, Валентин Зубков и окончил обучение, после чего был направлен в действующую армию. Правда, об этой странице своей биографии Валентин Иванович не очень-то любил распространяться. Скорее всего, из скромности: на войне он добросовестно выполнял боевые задачи, фашистских стервятников «пачками» не сбивал и Героем не стал. Но, в конце концов, сколько безвестных героев так и не вернулись с фронтов Великой Отечественной.
В 1947 году 24-летний Валентин встретил свою судьбу, красивая девушка Нина согласилась стать его супругой. Они жили мирно и счастливо, но огорчало в первое время то обстоятельство, что Нине долго не удавалось забеременеть – единственный сын родился у них только спустя семь лет после женитьбы.
А в остальном все было, как у всех. Работа, дом, разве что Валентин очень любил художественную самодеятельность, читал со сцены стихи, монологи, в нем пропадал талант лирического актера. Хотя, «пропадал» звучит очень громко. Однажды на концерт попал один из театральных режиссеров, который, увидев Зубкова, сказал ему: «Да вам, молодой человек, нужно в кино играть! Очень уж доброе и открытое у вас лицо, мягкая интеллигентность. На первом плане всегда найдутся ребята побойчее, а вот для второго плана вы идеально созданы…»
Быть вторым? Другой бы на месте Зубкова, наверное, обиделся. Но не Валентин Иванович, он и в войну больше привык быть «ведомым», не отличался особым безрассудством, которое в большинстве своем присутствовало у многих воздушных асов, ставших Героями. В конце концов, от вторых ролей тоже немало зависит.
Он согласился, и даже «приглянулся» Льву Кулиджанову и Якову Сегелю, когда те, в 1956 году, задумали снимать фильм «Это начиналось так». Сюжет прозаичен, но актуален: на целину, в казахские степи, прибывает группа комсомольцев из Москвы и сразу же сталкивается с бюрократизмом и безалаберностью, царящими вокруг. Кто-то бежит из совхоза на более верные заработки, а кто-то просто не хочет работать. Но появляется новый энергичный директор, и все меняется...
Нет, Зубкову не предложили роль энергичного директора. Но что бы этот «везунчик»-руководитель делал без таких, как герой Валентина – бригадир Скворцов, насквозь положительный герой? Спокойный, рассудительный, с трезвыми оценками и отличающийся простотой и основательностью. Как шутили потом друзья: сыграл самого себя.
Роль Скворцова не осталась незамеченной. И уже в следующем году Юлий Райзман приглашает Зубкова в свой фильм «Коммунист», где предлагает ему главную роль. Но после первых проб Валентин сам отказывается от этой роли: не привык он рвать на себе рубаху и грудью прокладывать дорогу другим. В результате главная роль достается яркому и эмоциональному Евгению Урбанскому. Но и Зубков не остался внакладе, сыграв роль кулака Степана, ярого врага Советской власти. Причем в отличие от героя Урбанского он не «пульсирует нервно», не «горит, как сухой хворост, с треском разбрасывая возле себя искры» и от этого он гораздо опаснее коммуниста Губанова. Тот в любое время может шею себе свернуть, а Степан аккуратно дожидается своего часа...
Не будь в том же году гениального фильма «Летят журавли», где Зубкову довелось сыграть роль солдата Степана, пожалуй, его бы воспринимали, как «злостного врага Советской власти», отрицательного героя. Но при всей гениальности Алексея Баталова, Зубков если и уступает ему, то совсем немного и уж, наверное, никто не станет спорить с тем, что Валентин как бы делает положительные качества героя Баталова более выпуклыми, зримыми.
И только в 1960 году «непрофессионала» Валентина Ивановича приглашают работать в Театре-студии киноактера. Здесь его и заметил Арсений Тарковский, задумавший поставить фильм «Иваново детство». И здесь мы увидели, что и Зубков не так прост, как хочет казаться. Его герой – капитан Глеб Холин насмешлив, в чем-то беспощаден, тертый калач. Все привык скрывать за бравадой. Казалось бы, ничто и никто не способно его удивить. Но появляется хрупкая девчушка в солдатской шинели и выясняется, что под «железной кольчугой» внешней неуязвимости скрывается ранимая романтичная натура…
… В жизни Зубкова было еще много ролей. Не выдержал он только одного: в 1977 году его единственный 23-летний сын, сразу после возвращения из армии, отправился с другом покататься на лодке на озере. Домой он уже не вернулся. Только спустя сутки тела ребят прибило к берегу. Отец не смог пережить такой трагедии. Он резко сдал, у него быстро начал прогрессировать склероз, дошло дело до того, что он перестал узнавать даже жену Нину, не говоря уже о том, что стал абсолютно беспомощным. Если он отправлялся на прогулку сам, то супруга вкладывала в карман пиджака или пальто записку с адресом, куда следует привести заблудившегося актера.
Конечно, в данной ситуации уже ни о каких ролях речь не могла идти. Сразу после Нового года в первых числах января 1979 Валентин Иванович попал в больницу. Его сердце остановилось 18 января…

Read more on Валентин Зубков...

В сентябре 2006 года в Великобритании прошел аукцион Jefferys, на котором были выставлены работы начинающего художника... Адольфа Гитлера.

Торги могли бы и не состояться, если бы за год до этого всё на том же аукционе среди прочих полотен случайно не оказался портрет почтальона из Голландии с подписью
A. Hitler. Портрет стоимостью 5200 фунтов приобрел один из местных жителей. А через год одна бельгийская дама представила общественности свою коллекцию произведений фюрера, которую обнаружила на чердаке своего дома много лет назад (по одной из версий, коробку с картинами в 1919 году бросили французские беженцы). В 1980-е годы несколько экспертов из Бельгии подтвердили подлинность этих картин. Именно эта коллекция и была выставлена на продажу в 2006 году.
На аукционе была продана самая дорогая картина из архива Гитлера, оцененная в 10,5 тыс. фунтов стерлингов. Её приобрел неизвестный россиянин. Таким образом, общественность наконец-то смогла познакомиться с творчеством Адольфа Алоизовича. Но до сих пор четыре полотна кисти фюрера находятся «за семью печатями». Эти картины принадлежат армии США и покоятся в секретном подземном хранилище в Центре военной истории, где постоянно поддерживается необходимая температура и влажность воздуха. Доступ к этим картинам открыт только для нескольких экспертов-искусствоведов и, по заявлению американцев, полотна никогда не будут представлены общественности.
Эти « засекреченные» картины принадлежали ранее личному фотографу, другу и советнику Гитлера — Генриху Гофману, который после победы над фашизмом спрятал свой личный архив сразу в нескольких тайниках. Позднее эти тайники были конфискованы союзниками и объявлены фашистской пропагандой, а некоторые материалы тайников стали уликами на Нюрнбергском процессе.

Read more on Адольф Гитлер...